Самое главное было сделано. Вьетконговская сука умерла.
Сидящий за рулем «линкольна» Свен Нильсен нажал на тормоз. Машину начало разворачивать вокруг оси. Когда Прайер увидел прямо перед собой «импалу», он несколько раз выстрелил прямо сквозь лобовое стекло «Континенталя». Салон «линкольна» заволокло пороховым дымом.
Впрочем, сидящий за рулем «шевроле» парень тоже оказался не худшим водителем. Реакция его была практически моментальной. Он тоже нажал на тормоз и машина пошла
юзом. Автомобили глухо стукнулись бортами. Перед взглядом Прайера мелькнуло равнодушное лицо Ли Джонса, а затем «импала» резво рванула вперед. Агент даже не успел как следует прицелиться. Он выпустил несколько пуль вдогонку «импале», однако больше стрелять не смог.
«Шевроле» быстро понёсся к Сепельведа-бульвару по разделительной полосе, ловко маневрируя среди притормаживающих машин. Убийцы скрылись слишком быстро. Снайпер сумел выстрелить всего два раза. И оба раза почти не целясь, прямо сквозь крышу автомобиля. Одна из пуль расплющила часы на приборной панели «импалы», а вторая вошла Ли Джонсу в правую ногу и, прошив ткани бедра, вонзилась в кресло.
Наблюдатель схватил рацию.
— Внимание, «Виктор-браво семнадцать», объект направляется в твою сторону! Они направляются в вашу сторону!
Несколько машин прикрытия устремились следом за «шевроле». Однако им было сложно прорваться сквозь затор, возникший на Редонда-бич. Проклятые зеваки притормаживали, а некоторые останавливались вовсе, чтобы разглядеть последствия перестрелки, происшедшей на магистрали.
Через несколько секунд «шевроле» уже сворачивал с Сепельведы на юг. А еще примерно через двадцать секунд Ли Джонс выехал на бульвар Торренс. Там унисол притормозил. «Импала» вкатилась в крохотный тупичок между двумя жилыми зданиями и остановилась. Убийцы выбрались из салона и неторопливо пошли прочь.
Машины прикрытия в это время только-только показались на Сепельведа. Уже через полминуты всем стало ясно: они опять потеряли Скотта. Можно было предпринимать всё, что угодно. Блокировать район, вызывать вертолёты, однако это ничего не дало бы. Прайер был в этом уверен.
Он поднял руку и ощупал собственное лицо. Всё оно было заляпано красным. На спинке переднего сиденья валялось то, что осталось от головы Рони Робертс.
— Ну как, мисс Робертс? Как вы себя чувствуете? — спросил Прайер.
— Спасибо, я думаю, лучше, чем эта штука, — Рони поднялась из узкого пространства между передними и задними сиденьями. Она откинула манекен на спинку и внимательно осмотрела то, что осталось от её головы. — О, господи, страшно подумать, это могла быть я, — произнесла она. Хорошая подделка.
Половина салона была заляпана фальшивой кровью. В переднем стекле «линкольна» виднелись четыре пулевых дыры. Бернард Страхан зажимал простреленную руку.
— Вызывай «скорую помощь», — кивнул Прайер Свену Нильсену.
Тот поднял рацию.
— Ну что же, похоже, наш фокус удался, — Прайер напряжённо улыбнулся. — По-моему, Скотт действительно поверил в то, что это были вы. В то, что он пристрелил именно вас.
— Хорошо, если это так и есть, — чуть заметно улыбнулась в ответ Рони. Совсем немного, уголками губ.
Похоже, Рони Робертс все же вышла из ступора.
Прайер секунду подумал, а затем сообщил:
— А у меня, признаться честно, до сих пор руки дрожат, — он поднял ладонь с растопыренными пальцами. Они действительно дрожали. — Ну вот, теперь осталось раструбить во всех газетах, что вы мертвы. Если всё пройдёт удачно, то уже сегодня вечером мы будем в Уайттейле, а к ночи, я надеюсь, всё будет кончено.
Рони все еще смотрела на окровавленный манекен. Кукла была её точной копией. Она даже удивилась, когда, забравшись
в машину, увидела саму себя, лежащей на заднем сиденье. А сейчас у Рони создалось ощущение, что она раздвоилась. Какая-то её часть умерла, когда Скотт всадил ей шесть пуль в голову.
В общем, так оно и было. Сержант Скотт действительно убил какую-то часть её. Выжег часть её жизни. Ту часть, в которой они были вместе с Люком Девро.
Прайер поднес к губам рацию.
— «Альфа-А», вызывает «Чарли-фокстрот один».
— «Альфа-А», — тут же донеслось из небольшого динамика. — Слушаю, «Чарли-фокстрот один».
— Операция закончена, всё прошло успешно.
Рони показалось, что человек, вышедший на связь, вздохнул с облегчением.
— Отлично, «Чарли-фокстрот один», возвращайтесь.