Читать книгу «Неисправная Анна. Книга 2» онлайн.

— Простите, друзья, — спохватывается Озеров, — просто мало кто меня так впечатлял… Что с вами, барышня? — поворачивается он к Началовой. — Вы решили нас всех уморить и заморозить?

— В моем кабинете был найден мертвый голубь, — всхлипывает машинистка.

— Ну так принесли бы его ко мне, — патологоанатом аккуратно забирает у нее платочек и выбрасывает в открытое окно. После чего захлопывает его. — Я бы выяснил, отчего несчастный скончался.

— Вам смешно? — не верит Началова.

— Ну что вы. Я скорблю по божьей твари, — очень серьезно отвечает Озеров. — Что касается актрисы Вересковой — то она умерла от яда, смешанного с вином. Это произошло примерно на рассвете. Убийца тщательно омыл ее тело, не оставив ни капли крови. Обработал лицо и открытые участки тела консервирующим составом. Надел на покойницу платье и драгоценности… Любопытно — что он сделал с настоящим сердцем? Не бросил же собакам.

Медников чуть бледнеет, но мужественно отчитывается за свою часть работы:

— Мы нашли прислугу — двух горничных и кухарку. Вчера Аглая Филипповна дала всем выходной. Барышни уверены, что она ждала особого гостя… Поскольку без посторонней помощи даже ванну не в состоянии была принять.

— Особого гостя? — тут же вцепляется в эти слова Прохоров. — Кого именно?

— Этого прислуга не знает, но все трое твердо уверены: в последние полгода у Аглаи Филипповны завелся тайный сердечный интерес.

— Что мы о нем знаем?

— Ничего, — виновато признается Медников. — Театральные заметили только, что их прима стала еще более раздражительной и капризной. По правде говоря, за последние месяцы она изрядно всех извела своими придирками.

— У Вересковой была плотская близость перед смертью? — ровно спрашивает Архаров.

— Ничего такого, — отвечает Наумов. — Ни беременности, ни следов мужского семени.

Началова только вздыхает прерывисто.

— Кто-нибудь вообще видел этого кавалера? — спрашивает Архаров.

— Как будто никто. Цветов и драгоценностей ей присылали в избытке — в поклонниках Верескова никогда недостатка не имело. Но она оставалась к ним равнодушной. А про тайную симпатию прислуга сделала умозаключения из-за меланхолии хозяйки и беспричинных слез.

— Женщины, приближающиеся к сорокалетию, бывают слезливыми, — замечает Озеров.

— Юрий Анатольевич, вы успели проверить бумаги Вересковой? — уточняет Архаров.

— Начал, но не завершил покамест. Там сплошь тексты ее ролей и театральные сценарии, а также записки от ценителей ее достоинств. Кроме того, Верескова тяготела к рисованию, но кажется, ей не хватало терпения на законченные рисунки. Только эскизы и наброски — ромашки да васильки, облака, пейзажи.

— А эскиз механического сердца? — интересуется Анна. — Лилий?

— Пока нет. Да там этих бумаг — три мешка, — объясняется он, удрученный собственной медлительностью.

Она докладывает о сердце: про заряд и про братьев Беловых.

— Наум Матвеевич, а у разных людей сердца разных размеров? — задается Анна вопросом в итоге. — Женщина, заказавшая латунное, назвала точные размеры. И изделие полностью закрыло отверстие в ее груди.

— Ну конечно, Анечка. Верескова была дамой роскошной, полнотелой. И ее сердце крупнее, чем, скажем, у вас.

— Правда? — изумляется Анна. — А если я раздобрею, так у меня и сердце увеличится?

— Увеличится, Анечка, непременно увеличится. Чем больше тело, тем больше крови надо по этому телу разогнать. Станете вы пышной барыней — и сердце ваше потяжелеет, стенки потолстеют. Я в прозекторской таких насмотрелся: у иной купчихи, оно что в три обхвата, — как у доброго бычка.

— И что же? Убийца Верескову линейкой мерил? — все еще недоумевает она.

— Опытный хирург и без линейки обойдется, ему довольно взглянуть на пациентку — и он уже примерно знает, с чем имеет дело. Рост, ширина спины, объём талии… А уж если он ее слушал стетоскопом… Просто взглянуть на Верескову в театре — мало. Там корсет, драпировки, черт ногу сломит. А вот если она была его пациенткой — тогда другое дело. Тогда он знал её комплекцию с профессиональной точностью. И мог заказать сердце, не ошибившись.

— А если она была его любовницей? — не унимается Анна.

— Да, этого могло быть достаточно, чтобы заказать сердце более-менее правильного размера, — соглашается Озеров.