— Ну я же только, что сказал тебе, что об этих твоих способностях я как раз узнал от людей, которые с ними столкнулись, и которым они явно помогли.
— Ну и как, помогли они им?
— Ну судя по их словам, да. Но мне хочется узнать, что ты сам думаешь об этих своих способностях, откуда они у тебя, каковы их граница и так далее. Ну в общем надеюсь, ты понял.
Я со вздохом отодвинул от себя тарелку и спросил Олега:
— Интересуешься всем не познанным, скрытыми способностями человеческого организма и тому подобным. Я прав?
— Да. Ты совершенно прав. Очень интересуюсь явлениями подобного рода.
— А твоя жена, — и я кивнул головой в сторону Ирины.- судя по всему не очень. Что то мне подсказывает, что она не особенно верит в существование всякого рода скрытых сил и тайных возможностей. Я прав?
Олег печально вздохнул и ответил мне:
— Да, ты совершенно прав. Иришка у меня скептик. Хотя с другой стороны это наверное и хорошо. В любом деле необходим скептик. Но всё таки мне хотелось бы подробнее поговорить с тобой.
— Знаешь, Олег, — сказал я ему,- о наличии у меня таких довольно специфических способностей я знаю давно. Сразу скажу тебе, я их никак не развивал, и развивать не желаю. И о их границах мне тоже не известно ровным счётом ничего. Но и узнавать о них, я тоже не горю желанием. Тебе понятен мой ответ?
— Но почему? — Олег казалось был обескуражен моим ответом на его вопрос.
— Да, вся потому, что. Хлопотно это больно. А главное я совершенно не уверен, что есть и люди и методы, которые помогли бы мне в этом деле. Так понятно?
— Но откуда ты знаешь это? А потом ты мог бы принести много пользы людям! Ну вот к примеру, вполне возможно, что ты спас жизнь мужу нашей хозяйки! А представь, что ты ещё больше развил эти свои способности! Ты бы мог спасти жизнь и здоровье множеству людей! — Могу спасти. А могу и не спасти. С этими способностями всё неясно. Одно дело снимать головную боль и быстро лечить ушибы, а совсем другое спасать чьи то жизни. Знаешь ли мне как- то не хочется взваливать на себя ответственность подобного рода. Я ясно выражаюсь?
Олег казалось был совершенно обескуражен этими моими словами. Он растерянно повозил вилкой по своей тарелке и растерянно выдавил из себя:
— Но то, что ты говоришь…Это же махровый эгоизм и индивидуализм! Советские люди не должны так поступать!
— Возможно. Возможно я, как говоришь ты, махровый эгоист и индивидуалист. Зато я по крайней мере честен и перед собой и перед другими людьми. А потом как мне кажется это всё дискуссии носят совершенно отвлечённый характер. Или у тебя есть какие то конкретные предложения для меня?
— Нет, но…
— Ну вот видишь. Никаких предложений у тебя для меня, как я вижу не имеется. Я в первую очередь имею ввиду конкретные предложения. А раз это так, то все эти разговоры — обычный трёп не более. А теперь извини меня. Но я очень хочу доесть этот аппетитный шницель, -и я вновь подвинул к себе тарелку.
В субботу я тщательно готовился к походу на танцы в пансионат «Хрустальный берег». Я одел на себя джинсы, тщательно отутюженную рубашку ( утюг я позаимствовал у нашей хозяйки), прыснул на себя туалетной водой, прихваченной мною из будущего, осмотрел себя критическим взором в зеркале и в общем и целом остался доволен своим внешним видом. Полагая, что вполне вероятно, моё общение с Варварой не ограничится танцевальной площадкой, я прихватил с собой пакет в котором лежала бутылка красного полусладкого вина и коробка конфет. В общем можно сказать, что я был полностью готов и к труду и к обороне.
Быстро дойдя до нужного мне пансионата я направился по направлению к танцевальной площадке откуда уже доносились звуки хита лета 1978 года «Вот увидишь» в исполнении ВИА «Лейся песня».
Я уже был почти у самой танцевальной площадки, как меня окликнули сзади:
— Андрей! Подожди!
Я обернулся и увидел догоняющую меня Варвару.
Развернувшись я пошёл ей на встречу. Через несколько метров мы встретились друг с другом, Варвара уткнулась мне в грудь, я обхватил её за плечи, она запрокинула голову и я крепко поцеловал её в губы.
— Давно ждёшь? — спросил я её.
— Да, уже порядочно,- ответила она мне,- жду, жду, а тебя всё нет и нет.
Я поднял в воздух свой пакет, потряс им и сказал:
— Тут я кое- что принёс, надо наверное с начала занести в твою комнату. Ты не против?
Варя была не против и мы направились в её комнату, располагавшуюся на третьем этаже жилого корпуса. Как только мы вошли в неё я, вновь обнял Варю и принялся целовать её. Варя сжимаемая в моих объятиях произнесла жалобным тоном:
— Андрюша, но как же танцы? И поставь, пожалуйста, на пол свой пакет. А то я, боюсь, что ты уронишь его.