— Понимаю, — уже не так уверенно кивнула девушка.
С Сёмой придётся разобраться позже, а пока мы разобрали хвосты и отставания других учеников.
У Сани несмотря на хороший скачок в теоретических науках были заметные проблемы с теорией магии. Как ни странно, в алхимии он если и не был отличником, то держался вполне себе хорошистом. Четвёрок вообще не было, только тройки и пятёрки. Причём все тройки в электронном журнале стояли с гневными комментариями Людмилы Ивановны. Мол, этот шкет взрывоопасен и к реагентам его подпускать категорически нельзя!
Знаменательно, что в примечаниях к пятёркам стояли вполне противоположные комментарии от всё той же Людмилы Ивановны. Короче, Саня каждый раз шёл ва-банк и делал это с переменным успехом.
У Данилы ситуация намного хуже. Подтянуть всё отставание за упущенный первый курс не так уж и просто. К третьему триместру он только-только начал по-настоящему нагонять ребят. И самым слабым местом оказалась информатика.
— Ермаков, — вздохнул я. — Ну неужели на пару факультативов к Венедикту Давидовичу не сходить, а? Он же нормальный мужик, пойдёт навстречу.
— Да он-то пойдёт, — нахмурился Даня. — Только в его кабинете вечерами сидеть невозможно. У меня глаза болят и голова кругом!
— Ох, блин! Какие мы нежные, — вздохнул я и покачал головой. — Ну, смотри сам.
— О, точно! — осенило Даню.
И он похлопал по плечу сидящего впереди Дениса.
— Чувак, помоги ты мне, а?
— Чего? Я? — удивился Островский. — И как это?
— Давай посидим вечером. Погоняешь меня по программе, а? — радостно захлопал глазами Даня.
— Ну ладно… — почесал затылок Денис. — Но с тебя тогда пара бойцовских приёмов! Договорились?
— Замётано! — подмигнул Данила, и парни пожали друг другу руки.
Я прошёлся по каждому из учеников. А под конец, когда занятие уже почти закончилось, положил указку на стол, а сам встал рядом и торжественно заявил:
— Итак, дети! Думаю, пора уже перейти к последней, но не по значению, части нашего классного часа! Стас, — позвал я, и парень тут же встал из-за парты. — Ты принял решение?
— Да, Сергей Викторович, — кивнул парень.
Ребята мигом навострили уши. Всё внимание теперь было обращено на Стаса.
— И как же теперь будут называться бывшие Шалопаи? — спросил я.
— Блин, только бы «вундервафли», только бы «вундервафли»! — заёрзал на стуле Саня.
— «Кенты», «кенты», «кенты»… — скрестил пальцы Данила.
— «Магогрызы», «магогрызы»! — прошептала Анжела. — Это ж и спиногрызы, и маги, и отсылка к граниту науки, круто же!
— Да мы ж явные «охламоны», — меланхолично зевнул Тихомир, но не выразил особого интереса и снова прикрыл глаза.
— «Гвардейцы», ну же! «Гвардейцы»! — хором зазывали Антон и Алиса.
— Хе-хе, «обормоты»! — усмехнулся Федя. — Мы самые настоящие «обормоты», Стасян!
— Волков, помни! — громко прошептал Влад Воробьёв. — За «охламонов» я тебе приставку на целый месяц дам погонять. Там как раз новенькие гонки вышли, как ты любишь! Диск в придачу!
Вообще было много вариантов, и все мне понравились. Однако…
— Ну давай же, — ухмыльнулся я.
— Мы теперь «проныры»! — гордо заявил Стас.