Настя, когда поняла, что ситуация вновь обернулась в нашу сторону, воспряла духом и с новой яростью кинулась на главаря Птеро-Грифов.
— Ах ты, пернатая падла!!! — доносились сквозь крарканье монстров её яростные возгласы. — Ты у меня на шашлык пойдёшь!!!
— Но я же говорил, они невкусные! — нахмурился я.
— Всё ещё вспоминаешь ту командировку? — ухмыльнулся Ястреб и попутно парализовал Птеро-Грифа направленным зарядом молнии.
— Не напоминай! — проворчал я и с досады рубанул кулаком по ещё одной твари.
Та с хрипом рухнула на землю и больше не шевелилась. Но я-то чувствовал, что тварь жива, да ещё в сознании. Вот хитрюга-то! Решила отлежаться.
ХРЯСЬ!
Один удар ногой сверху, и справедливость восстановлена.
— Зря ты так! — пожал плечами Ястреб. — А мне…
Ему пришлось прерваться, чтобы увернуться от пикирующей атаки Птеро-Грифа. И когда тот резко взмыл вверх после неудачной атаки, Ястреб ухватился за длинный хвост твари.
— Крар-р-р-р-р-р-р-р-р!!! — заверещала тварь и рывком полетела дальше.
Но не вся. Её хвост остался в крепкой хватке Ястреба.
Да, мы хоть и держались второго ранга, но всё же навыки внеранговых боевых магов никуда не денешь. Так что этого нам вполне хватало, чтобы разобраться с текущей угрозой. К тому же Колян на пару с Юрой уже почти завершили все приготовления.
— Зря ты так, — продолжил Ястреб. — А мне эти тварюшки понравились. Если грамотно приготовить, не хуже курятины будут.
— Где же ты такую курицу ел-то? — скривился я. — Давай я тебя как-нибудь нормальной курятиной накормлю, и ты резко передумаешь нести такую ахинею! Когда-нибудь слышал про отбивные филе в яично-сырном кляре?
— Хм… — как-то подозрительно призадумался Ястреб и сделал шаг вперёд, чтобы очередная тварь промазала и на этот раз сама уткнулась в землю. — Звучит аппетитно. А если не из курятины, допустим, а из Птеро…
— Заткнись-заткнись-заткнись! — прервал я этого засранца и по ходу дела огрел очередную тварь.
Вот как Ястреб, он всегда был адекватный! А как стал Иваном Николаевичем, чё-то пошло не…
А нет, всё нормально! Я заметил, как усмехается этот гадёныш, и понял, что он просто надо мной подшучивает. Да ещё и на отбивные в кляре развёл, блин!
Ну что ж, счёт-то всё равно в мою пользу. Да и ответочка, прямо скажем, у Ястреба послабее вышла, чем мой подкол с бесятами и последующим недельным контрактом на должность временного учителя.
Хе-хе-хе-хе!
А в следующую секунду задрожала земля. Это был сигнал от Коли и Юры.
Мы с Ястребом прервались и настроились. Неслабо так задрожала земля-то. Да и не только земля — завибрировали сами скалы, которые возвышались вокруг нас. Из нор повыскакивали Кротокрысы, которые до этого момента зарылись поглубже, но теперь до них не было дела ни нам, ни Птеро-Грифам.
Настя и Егор быстро уловили сигнал и резко сменили тактику. Если до этого момента чёрная туча Птеро-Грифов полыхала от взрывов и рассекалась языками пламени или дымилась и рассыпалась на осколки, чтобы затем собраться вновь в единое целое, то сейчас в нижней части этой самой монстрячьей тучи вспыхнул особо мощный взрыв, который разметал многих Птеро-Грифов далеко в стороны. А через образовавшуюся брешь вниз устремились два метеора.
— КР-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р! — возмутился такой наглости вожак Птеро-Грифов, и чёрная туча с небольшой задержкой ринулась следом за ребятами.
— Ну, пора! — кивнул я и переглянулся с Ястребом.
Мы не спешили покидать место будущего крушения, сейчас у нас была другая задача. Манёвр наших огневиков выглядел чрезвычайно опасно. Им предстояло очень точно рассчитать траекторию своего падения так, чтобы стая Птеро-Грифов не успела среагировать на ловушку.
Слишком рано развернутся — и твари всё поймут. Слишком поздно — и сами разобьются в лепёшку о землю.
Но не случилось ни первого, ни второго. Два метеора в нужный момент резко свернули с траектории, а чёрная туча Птеро-Грифов не успела среагировать и всей краркающей гурьбой рухнула прямо на землю.
Нас с Ястребом к тому моменту там уже не было, а землю затрясло ещё сильнее. Это удары толстых твёрдых клювов резонировали с магией Коли и Юры, чем ещё сильнее ускорили собственную кончину, потому что скалы уже начали обваливаться.