Один из столов всё-таки не выдержал и сложился пополам.
А Ястреб, он же Иван Иваныч, он же будущий владыка котлетосов по-пожарски, потянул руку за последней котлетосиной. Схватил её с трудом, будто тащил самую тяжёлую гантель своей жизни. Протянул ко рту, раззявил пасть и…
СКРИ-И-ИИП!
БУМ!
И клюнул мордой в стол…
— У-У-У-У-У-У-У! — заверещали постояльцы.
— УРА-А-А-А-А-А! — подскочил от радости Вальдемар. — Хрен тебе, а не новый рекорд! Уа-ха-ха!!
Стриг же проверил пульс моего друга. Тяжело вздохнул, поднял скрещенные в локтях руки на показ всем зрителям.
— Он в отрубе! Рекорд не побит! — торжественно и даже трагично объявил Стриг.
Посетители заметно расстроились. Сенсации не произошло. Конечно, повторение результата — это тоже значимое событие, но всё же не такого масштаба, на которое надеялись даже те, кто поставил против Ястреба.
После недолгого ликования мрачным теперь выглядел и сам держатель рекорда Вальдемар. Ему явно не понравилось, что Кок подошёл к беспамятному Ястребу с фотоаппаратом.
— Ставр, — буркнул повар. — Покажи-ка его морду.
— Зачем? — спросил я, но попутно приподнял голову Ястреба со столешницы.
— А вот за этим…
ЩЁЛК!
Вспышка на мгновение осветила уголок бара. Фотография вылезла из фотоаппарата, а Кок, помахивая ею, чтобы изображение проявилось поскорее, подошёл к доске почёта, а затем пришпандорил фотографию Ястреба рядом с фотографией Вальдемара.
М-да… Похоже, пятьдесят три котлетосины им обоим дались очень нелегко. Я присмотрелся к очень побледневшему бородатому здоровяку на старой выцветшей фотографии. Вальдемара, кажется, засняли за мгновение до того, как его собственный рекорд отправил его же прямиком в… кхм, клозэт.
А Ястреб… Ястреб и вовсе оказался в нокауте. Его перекошенная морда заставила меня едва сдерживать смех.
Но затем произошло ещё кое-что…
— Так, кок! — воскликнул Вальдемар. — Зажигай печи и разогревай сковородки!
— Ты чё это удумал, дружище? — насторожился Кок.
А Вальдемар тем временем громко сел за ближайший новый стол и, грозно хлопнув кулаком по столешнице, произнёс:
— Готовь пятьдесят четыре котлетосины! Я буду ставить новый рекорд!
━─━────༺༻────━─━
— Сергей Викторович, я всё правильно делаю? — тихо и почти шёпотом спросил Кирилл.
— Да, ты большой молодец, — улыбнулся я парню. — Устал?
— Ну, как сказать… — нахмурился Кирилл, будто и правда был в чём-то виноват. — Кажется, да.
— Это нормально, Кирюх, — мягко произнёс я. — Все устают. Значит, нужно сделать перерыв.
Только я это сказал, и парень с облегчением выдохнул. А полукилограммовый металлический шарик, который пятнадцать минут висел в воздухе прямо у него перед глазами, резко спикировал вниз.
Кирилл его подхватил, но не очень ловко — руки затряслись от перенапряжения. Телекинез очень сильно задействовал всё тело помимо Источника. Новичкам этого дара было присуще ощущение, подобное тому, что возникает, когда едешь в машине на пассажирском сидении и машинально давишь на «тормоз» перед собой. Даже если понимаешь, что это никак не поможет.