Падение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он спрыгнул со стола. Зеркало шкафа зазвенело.

– Да нет… – пробормотал я.

Бенуа обулся и вышел из комнаты. Я проводил его до двери кухни, а как только он исчез за углом, вернулся в спальню, залез на стол и стал глядеть в окошко.

Он завел машину и подъехал по аллее к монастырю. Вышел, оставив дверцу открытой, словно не собирался задерживаться. Никого не было видно, и он стал прохаживаться у входа в главное здание. Гуси галдели так, словно их ощипывали живьем. Кейтлин выбежала наружу. На ней были пластиковые сапожки и резиновые перчатки, которые она тут же стянула, заметив гостя. Я наблюдал за ними. В окнах монастыря отражались пролетающие птицы. Разговор вышел короткий и, похоже, теплый. А потом Бенуа стал пешком спускаться с холма. Я мог бы догнать его и рассказать про пастушью тропу, но не сдвинулся с места.

КОГДА МАТЬ вернулась домой, я спросил у нее, что за решение должен принять городской совет. Она удивленно взглянула на меня. На ней была белая шапочка с загнутыми кверху полями, как у американских матросов: от солнца у нее болела голова.

– Я здесь не дольше твоего, – ответила она.

Тот же вопрос я задал Кейтлин. Мы стояли в монастырском флигеле, прикидывая, сколько дров еще надо заготовить. Она задумалась:

– Решение? Городской совет?

– Может, это как-то связано со срубленной липой? – подсказал я.

Кейтлин хлопнула в ладоши, как маленькая девочка при виде чего-то большого и красивого.

– Ну конечно! – воскликнула она. – Приходской дом! Вот о чем речь. Заселять ли туда беженцев.

– Беженцы в приходском доме, в Сёркль-Менье? – удивился я. – Это же безответственно!

Она по-своему истолковала мои слова:

– Его отремонтируют, все там будет – водопровод, электричество и прочее.

– Да я не о том. Заселить туда беженцев – значит нарываться на проблемы, разве нет? По-моему, это ужасная глупость.

– Но ведь людям надо где-то жить, – ответила Кейтлин без тени возмущения в голосе. – Сёркль – не лучшее место, но это единственный район, где не станут протестовать против них.

Я наклонился, чтобы поправить пару опасно накренившихся поленьев, и неловко задел бревно, на котором они лежали. Весь штабель вмиг обвалился с грохотом – словно вдалеке раскатился гром. Мы одновременно отскочили. Флигель заполнило густое облако пыли, образовав в лучах проникавшего сюда солнца желтые столбы.

– Черт! – выругалась Кейтлин.

Онемев от собственной неуклюжести, я подумал, что рухнувшая поленница – эхо того, что произошло сейчас с моими мыслями. Я искренне верил, что чужеземцам будет лучше в их собственной стране. Я готов был привести Кейтлин десятки доводов в пользу того, что беженцам в приходском доме не место, но опасался ее возражений и упреков. И вот все мои аргументы рассыпались, как дрова.

Наглотавшись пыли, я закашлялся. Кейтлин потянула меня за футболку в сад. Там светило солнце и легкий ветерок подхватывал вылетевшую в дверь пыль. Флигель дымился, будто при пожаре.

– Отличная работа! – съязвила Кейтлин.

Она уже забыла про приходской дом и прищурившись вглядывалась в монастырь, пытаясь понять, услышали ли там шум. Потом толкнула меня в кусты – вдруг сестра Беата выглянет в окно или выйдет во двор. Она засмеялась, я улыбнулся в ответ и пожал плечами.

Подождав, пока пыль осядет, Кейтлин заглянула во флигель и, обернувшись, сказала:

– Надо найти еще одно дерево. Этого ей на всю зиму никак не хватит.

Я принял ее слова за разрешение выйти из укрытия и тоже заглянул внутрь. Куча рассыпавшихся дров и правда выглядела не так внушительно, как аккуратная поленница.

– Но у меня кончился бензин, – последнее слово я произнес как можно равнодушней.

Кейтлин подошла ко мне сзади и стряхнула пыль с моего плеча.

– Значит, надо его купить, – сказала она.

Я нес в руке фиолетовую канистру деда, Кейтлин шагала за мной следом – сначала по нашему саду, потом по пастушьей тропе в город. Ее переполняли воодушевление и восторг: она и не подозревала, что на тропе так красиво.

Кейтлин обогнала меня и очертя голову понеслась по крутому склону. Она скакала и скользила с какой-то звериной грацией.