Я киваю.
Отец приближается быстро. Шаг чеканный, взгляд сканирующий.
Мне будто снова шестнадцать лет. Будто снова я виновата просто потому, что оказалась не там и не с тем.
Папа останавливается в двух шагах от нас, строго смотрит на меня, потом на Игоря.
Игорь собирается, расправляет плечи и протягивает ему руку.
— Добрый вечер, — говорит он уверенно, но в голосе слышна та самая нотка уважительного напряжения, которое появляется у каждого при виде офицера. — Меня зовут Игорь.
Папа медлит, а я нервно потираю маленький шрам на запястье. И я знаю, что папа сейчас оценивает Игоря по одежде, по интонации, по выражению лица.
Но потом он жестко и быстро пожимает руку парня.
— Добрый, — четко произносит он.
Игорь чуть качает головой, отпуская рукопожатие. Я стою между ними, будто на линии фронта. Молчу. Не знаю, что сказать. Слова, кажется, будут только мешать.
Папа осматривает меня, проверяет, цела ли я.
— Поздно, — наконец-то произносит он. — Иди домой.
— Сейчас, только с Игорем попрощаюсь.
Он еще пару секунд не уходит, просто стоит и давит своим молчанием. Но все же обходит нас и шагает к подъезду.
Чувствую, как возвращается мое дыхание.
— Он... серьезный, — тихо говорит Игорь, когда папа скрывается за дверью.
— Он — полковник, — вздыхаю я.
— Ты в порядке?
— Да. Просто… не сегодня.
Между нами снова повисает тишина, но уже другая. Чуть горькая. С привкусом несостоявшегося поцелуя.
— Тогда в другой раз, — шепчет Игорь.
Я киваю, а сердце ноет.
Дверь подъезда хлопает за моей спиной, я неохотно поднимаю ноги, преодолевая первые невысокие ступени.
Папа стоит у лифта и ждет меня. Сложенные за спиной руки, прямая спина, выглядит он спокойным.
Я приближаюсь, не глядя на него.
Лифт приезжает, мы заходим. И только когда металлические створки закрываются, отделяя нас от всего остального мира, он тихо произносит:
— Что я тебе говорил насчет парней, Анна?
— Пап, он просто друг, — я скрещиваю руки на груди.
— А фамилия у этого друга есть?
Я дергаю плечом.