Я делаю шаг ближе, она не отходит. Еще шаг.
Теперь между нами почти нет воздуха. Только ее тонкое дыхание.
Я медленно поднимаю руку, трогаю ее щеку пальцами, девчонка не дергается. Но я чувствую, как внутри нее все дрожит.
— Я искал тебя, — говорю почти беззвучно.
— Зачем?
— Ты — единственное светлое воспоминание в моем изуродованном мире.
Я наклоняюсь к ней ближе, ее пушистые ресницы подрагивают. Я почти касаюсь ее губ. И тут она резко отшатывается.
— Прости. Я не могу.
И убегает.
А я остаюсь стоять на месте и смотрю ей вслед.
Но я даже не злюсь. Я ждал этого. Я же знал, что она сбежит.
ГЛАВА 18
— Ну, это был ад, — выдыхает Ника, сжимая в руке папку с набросками. — Этот препод точно ненавидит нас всех.
Мы выходим из университета. Прохладный воздух ударяет в лицо, я кутаюсь в синий вязаный кардиган. В небе свинцовые тучи, как будто его кто-то написал их углем.
— Он просто требовательный, — говорю я неуверенно. — И он прав. Мы сдаем композицию, это не «как-нибудь бы нарисовать». Тут все о смысле, о балансе и об идее.
— Да плевать! — фыркает Ника. — У меня в голове только паника. Какую, к черту, идею можно зашить в «Диалог эпох в архитектуре»? Мне семантику бы сдать.
Я улыбаюсь краем губ. У Ники талант: даже перед сессией превращать панику в стендап.
Мне бы в самый раз думать о предстоящей сессии, но в голове только мысли об Артёме. После разговора на мельнице какие-то полки моей памяти стали заполненными. Но все равно что-то внутри гложет, не дает полного умиротворения.
В ту ночь мы с подругой не спали. Ника в своей манере пытала меня о разговоре с Артёмом. И я решилась ей довериться, рассказала все, что помнила сама и все, что узнала от Артёма. Слава Богу, Ника не приняла меня за сумасшедшую и поверила моим словам.
— Ань, ты опять зависла? — спрашивает Ника, заглядывая в мое задумчивое лицо.
— Думаю про эскиз. Хочу попробовать архитектуру в стиле конструктивизма.
— Ага. Язык твой говорит «эскиз», а глаза — «Артём», — бурчит она и щурится. — Ты сама не своя последние дни. Он так и не появился?
— Нет, — тихо отвечаю я и вздыхаю.
После той ночи Артём исчез, а я никак не могу с ним связаться. Как будто все было не со мной или я себе нафантазировала.
Мы спускаемся по ступеням университета, Ника болтает о чем-то, кажется, про стипендию, но я снова ее не слушаю. Мои мысли, как всегда в последнее время, далеко отсюда. Где-то между мельницей, старым фото и взглядом, который все еще жжет меня изнутри.
— Ань, ты вообще со мной?
— А? Что?
— Ты точно не робот? — фыркает она и пихает меня плечом.
И тут перед нами вдруг вырастает незнакомый парень. Высокий, худощавый, в оливковой куртке и рюкзаком-коробом за спиной. Лицо спокойное, но глаза слишком внимательные. Он смотрит прямо на меня.