Она встала, направилась к двери, но на пороге остановилась.
— Спасибо, — тихо сказала она, не оборачиваясь. — За то, что не уволили сразу.
И вышла.
Волин смотрел на закрытую дверь. В голове крутилась только одна мысль, от которой становилось не по себе:
«А если она здесь не случайно? Если всё это — хорошо спланированная игра?»
Он вспомнил её испуганные глаза, когда она переводила. Вспомнил, как ловко она организовала встречу с Грановским. Вспомнил девицу, которая рылась в её компьютере.
Слишком много странностей для одной серой мыши.
— Посмотрим, — прошептал он, глядя на своё отражение в стекле. — Посмотрим, что ты скрываешь, Вершинская.
За окном моросил дождь, и ноябрьский день медленно клонился к вечеру. А впереди была новая встреча, новые задачи и эта странная девушка, которая с каждым днём становилась всё более загадочной.
Глава 11. Расследование
POV Волин
Дверь за Агатой закрылась, а Волин всё смотрел на неё, будто пытался разглядеть сквозь дверное полотно. Потом резко развернулся к компьютеру и набрал внутренний номер начальника службы безопасности.
— Игорь, зайди, есть еще одно задание.
Коршунов появился через несколько минут. Он был не просто начальником службы безопасности холдинга, но и помогал Волину в личных вопросах, если было необходимо, благо обширные связи Коршунова позволяли доставать информацию практически молниеносно.
— Слушаю, Александр Сергеевич.
— Помнишь, я просил найти ту женщину с камер?
— Да, мы её идентифицировали. Виктория Келецкая, отдел кадров, должность хантер. Работает около полугода. Ничем особо не отличилась, за полгода не нашла ни одного стоящего сотрудника — только рядовых клерков, которые и без неё сами приходят.
Волин усмехнулся. «Принцесса» пристроилась греться на папиных контрактах.
— А кто её папа?
— Виктор Келецкий, владелец клининговой компании «Чистый мир». У нас с ними договор на уборку офисов. Партнёром его назвать можно с натяжкой, скорее подрядчик, но контракт многолетний и довольно выгодный для них.
— Ясно, — Волин кивнул. — Это не всё. Мне нужно полное досье на Вершинскую Агату. Всё, что можно найти. Образование, родственники, связи, обязательства, прошлое. Максимально подробно. В личное дело не смотри, там пусто.
Коршунов удивлённо поднял бровь, но вопросов задавать не стал — знал, что Волин не любит, когда сомневаются в его распоряжениях.
— Сделаем. Когда нужно?
— К понедельнику утром. И чтобы никаких утечек.
— Понял.
Коршунов вышел, а Волин откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. За окном моросил дождь, ноябрьский день клонился к вечеру, а в голове крутилась одна и та же мысль: «Кто ты такая, Вершинская?»
Она знает испанский в совершенстве. Она за несколько часов делает то, на что другие тратят дни. Она умеет находить подход к людям, организовывать встречи, работать с информацией. И при этом пряталась в опен-спейсе, за работой, не требующей особых знаний и навыков.
Такое не бывает случайно. Либо она что-то скрывает, либо... либо у неё действительно были причины сбежать от нормальной жизни.
Вспомнились её глаза, когда она переводила договор. Испуганные, затравленные, но в то же время с какой-то внутренней силой. Такие глаза бывают у людей, которые прошли через ад и выжили.
— Ладно, — пробормотал он, открывая глаза. — До понедельника подождём.