— Забавно так, — соглашаюсь я. — Такое ощущение, будто они ждут, что мы вот-вот устроим драку.
— Удивительно, насколько беспомощными они нас считают, — усмехается Рид.
— Если бы они только знали, — говорю я, поворачиваясь обратно к бару и уже не в силах скрывать улыбку.
Рид делает то же самое, и мы одновременно «исчезаем с радаров». Я незаметно чокаюсь с ним.
— Может, подержим их в напряжении? — предлагаю я.
— Давай, — отвечает он. — Это слишком забавно.
Бармен переводит внимание на гостей за нашими спинами, и мы понимаем намек, отходя в сторону, освобождая место у стойки. Хоть свадьба и небольшая, зал забит до отказа друзьями и родственниками с обеих сторон, некоторых я еще даже не знаю.
Мой взгляд цепляется за знакомые лица, когда я замечаю Лекси и Бена, медленно танцующих на площадке.
— Они вообще когда-нибудь соберутся? — спрашиваю я.
Рид прослеживает мой взгляд и кивок подбородка. Я слишком хорошо в курсе драмы Лекси и Бена: видел собственными глазами, в каком состоянии была Лекси после их первого разрыва, да и заголовки, которые они собирали годами, тоже мимо меня не прошли.
— У Бена в кармане лежит бриллиант еще со дня после Супербоула, — усмехается Рид. — Я ни капли не сомневаюсь, что совсем скоро он окажется у нее на пальце. Она выйдет за него замуж, потом раз сто швырнет ему это кольцо обратно, и только потом мы наконец закопаем их вместе. Если честно, сейчас они наименьшая из моих проблем. Я вижу, как сегодня назревает куда больше драмы, чем эти двое способны устроить.
— Ну-ка, — говорю я, медленно покручивая виски в стакане перед тем, как сделать глоток.
— Бенджи, — подсказывает он.
Я перевожу взгляд туда же и вижу сына Бена и Лекси — в смокинге, стоящего у края танцпола. Поза расслабленная, а выражение лица бешеное.
— Ага, вижу. И он сейчас буквально лопнет от злости на..
— Телохранителя Истона.
— Джоэла, — добавляю я. — Да, я с ним знаком. Отличный мужик. Ох, черт… да, теперь понятно, — договариваю я, замечая Джоэла на танцполе с дочерью Райя, Риан. Их язык тела говорит сам за себя: это далеко не просто дружеский танец.
Рид резко выдыхает:
— Нам, блядь, остается только запастись попкорном и смотреть, потому что места у нас лучшие в зале.
— Никогда не бывает просто, да? — качаю я головой.
Наши взгляды сходятся на Истоне и Натали. Они стоят в самом центре танцпола, нос к носу, медленно покачиваясь под гитарную мелодию Sleep Walk, полностью выпав из реальности, будто вокруг больше никого не существует.
— Они даже не представляют, что их ждет, — говорит Рид, и в его голосе звучит чисто отцовская тревога.
— Представляют. Немного, — напоминаю я.
— Да, верно, — соглашается он и косится на меня. — Мы сделали хорошее дело, мужик.
— И не одно, — отвечаю я, наблюдая, как Истон наклоняется и что-то шепчет Натали. Она смотрит на него сияющими глазами, и ее улыбка становится еще шире. — Я почти уверен, что за это стоит благодарить космическое влияние Стеллы. На них обоих. Без этого мы бы ни черта не провернули.
— Всё равно, — усмехается он, — идея закинуть их в блендер под названием «Мексика» была гениальной.
— Безусловно, — смеюсь я. — Стелла вообще может спокойно заменить букву F в слове fate на N[121], — философствую я, опрокидывая в себя ещё глоток виски.
— До сих пор не понимаю, как они вообще оказались вместе, — говорит Рид с искренним недоумением.
— Не могу с этим поспорить, — отвечаю я. — И не могу сказать, что наше маленькое вмешательство не сыграло свою роль.
Рид бросает на меня взгляд.
[121] Пояснение: В оригинале это игра слов. Английское слово fate означает «судьба». Если заменить в нем первую букву F на N, получится Nate — имя Нейта. Таким образом, фраза означает, что Стелла шутливо считает: происходящее — это не просто судьба, а результат вмешательства Нейта.