Другая Америка. Запад в свете духовной науки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В непробужденных глубинах нашей воли мы всегда, даже днем, хотя и бессознательно, связаны с духовным миром, в любви соединены со всеми существами мира. А во время сна мы уравновешиваем, выравниваем совершенные днем неправильности. Из воли рождаются социальные импульсы человеческой души.

При пристальном рассмотрении это можно ясно заметить среди рабочих в странах Средней Европы при их общении между собой, а также и теперь в Америке: удивительное, само собой возникающее человеческое единение. Здесь чувствуется некая, пребывающая еще в зародыше первичная социальная сила, не ставшая еще полной реальностью потому, что она не освещена еще светом сознания. Какая социальная сила действовала сначала в рабочем движении! Но чем больше марксизм внедрялся в их мышление, тем больше брали вepx другие силы.

В Америке среди молодежи существуют сильные крупные организации, например «Иисусовы люди», католическое движение «Пятидесятницы», восточные религии, оккультные течения, еврейское религиозное движение. Возьмем, например, «Иисусовы люди». Узнавая их устремления, удивляешься как ясно на религиозной почве открывается здесь воля в своем социальном существе. Члены этого обьединения стремятся осуществлять деятельную любовь, они хотят подходить к людям с сердечной симпатией, они не хотят замечать прежде всего сучок в глазу ближнего своего и осуждать его, Они не хотят жить изолированно, каждый для себя, но в сообществе. Они хотят жить в религии; они изучают Священное писание, но не расположены слишком углубляться в область мысли. Они как будто инстинктивно опасаются, что от этого вместо положительного отношения к человеку может появиться осуждающая критика, вместо симпатии — антипатия, вместо любви — самоутверждение и ненависть к инакомыслящим. Они страшатся сознания!

Антисоциальная сторона мышления станет нам ясна, если мы спомним, что еще говорил об этом Рудольф Штайнер. Сначала его лова из-за своей неожиданности действуют на нас шокирующе: в овместной жизни, в общении людей, каждый стремится усыпить другого, но не в области чувства и воли, а в области мысли. — «Когда вы, как мыслящий человек, встречаетесь с другим, происходит нечто своеобразное: вследствие самого факта взаимного общения между человеком и человеком в вашем подсознании возникает импульс быть усыпленным другим человеком. Именно в вашем сознании вы усыпляетесь другим человеком. Видите ли, это есть нормальное отношение между человеком и человеком, когда в этой встрече один всегда — разумеется это отношение является двусторонним — стремится усыпить другого в его подсознании. И что же вы, как мыслящий человек, должны тогда делать? То, о чем я говорю, происходит, разумеется, в подсознании людей… Теперь вы, если хотите остаться мыслящим человеком, должны этому усыплению воспротивиться. Вы должны активизировать свое мышление. Вы должны сопротивляться засыпанию».

Почему мы хотим усыпить другого? Потому что нам противостоит его мышление, оно антисоциально, критично, заражено антипатией, агрессивно. Эту антисоциальную часть в противостоящем нам человеке мы хотим выключить, чтобы в нем ожила его социальная часть, его социальная воля, которая может с нами согласиться и поступать в согласии с нашей волей. Хотя это происходит бессознательно, но, если обратить внимание, то можно заметить всюду, где люди сходятся как друзья, супруги, товарищи по работе, участники дискуссии. Повсюду бессознательно идет борьба мыслей. Это можно наблюдать и в более крупных социальных обществах. В диктатурах, разумеется, это выступает особенно ярко. С помощью внушения, действующего в пропагандистских речах, постоянно безудержно повторяемых, должно усыпляться сознание людей. Как выглядела бы в этом отношении социалистическая республика?» — Такая социалистическая республика была бы великим усыпительным заведением, подавляющим у людей способность суждения. И можно понять, что многие жаждут чего-то в этом роде».

Поразительно, что большинство людей в таких условиях склонны позволять усыплять себя. Им не нужно тогда против чего-то возражать, отстаивать свое собственное мнение, они могут мирно спать. Разумеется, есть много других людей, восстающих против всякой попытки такого усыпления. Представив себе эту скрытую борьбу между людьми, мы поймем, что социальное, объединяющее людей начало никак не может родиться из теперешнего мышления. Напротив — это мышление несет в себе силы, разрушающие единение, оно порождает постоянно возрастающую уничтожающую критику, порождает антипатию и ненависть, вызывая вражду, толкающую людей на акты насилия, на самоутверждение личного эгоизма, группы, нации или группы наций. Такова именно картина нашего времени! И не понимаем ли мы теперь полностью слова Рудольфа Штайнера, которые я уже приводил: «Пусть еще три десятка лет продолжают в наших университетах обучать людей так, как теперь обучают, пусть еще тридцать лет продолжают мыслить о социальных вопросах, как теперь мыслят, и через тридцать лет вы увидите опустошенную Европу». — Но теперь это опустошение охватило весь мир! Далее Штайнер говорит: «Вы могли бы еще много идеалов утвердить в той или иной области. Вы можете рот разодрать до крови речами об отдельных вопросах, встающих перед теми или иными группами. Вы можете говорить, веря, что путем таких настойчивых требований можно сделать что-то хорошее для будущего — все будет напрасно, если не произойдет переворот в самых глубинах человеческой души, переворот в мыслях об отношении нашего мира к миру духовному». — (Р. Штайнер «Мир света, пространства»).

Если мы можем подтвердить это положение внутренним самостоятельным убеждением, то в душе встает чувство: теперь я стою на твердой почве. Опираясь на нее, я могу попытаться понять социальное существо нашей эпохи. Я сознаю с полной уверенностью, что Невозможно добиться никакого блага для человечества, если рычаг не будет приложен там, где находится источник всей нашей разрухи — к современному мышлению. При этом, однако, надо уяснить себе, что современное мышление принесло также человеку свободу. ЕГО «Я» не должно теперь, как в дохристианские времена, определяться силами, действующими извне. Да, даже антисоциальные силы, разделяющие людей, появляются в нас в ходе развития нашего собственного существа. Мы изолируем себя от других, мы замыкаемся в себе, мы индивидуализируемся, мы должны самоутверждаться по отношению к другим людям, встречающим нас враждебной критикой, зачастую ненавистью. Это для нас иногда очень суровая школа на пути к собственной, свободной и сильной индивидуальности. Антисоциальные силы в мире, рассматриваемые с известной стороны, также необходимы, для правильного развития человечества, как и социальные. Если бы теперь в эпоху души сознательной мы захотели бы жить только под действием социальных сил, то это значило бы для нас — заснуть. Должно быть найдено равновесие между социальными и антисоциальными силами.

Отсюда я хочу еще раз вернуться к другой, революционной части американской молодежи, чтобы на хорошо известных конкретных фактах наглядно иллюстрировать правильность выше изложенных разъяснений. В теперешних молодых людях, особенно среди студентов, живут сильные социальные импульсы, помимо сознания, встающие в их душах из глубины духовного существа воли. С другой стороны в их душах действует современное мышление, усвоенное в университетах. Так — живут они в раздвоении между социальными и антисоциальными импульсами. Именно социально революционные студенты, далеко не всегда являющиеся марксистами, очень остро воспринимают антисоциальность, бесчеловечность современной цивилизации. Их социальные устремления сталкиваются с окружающим миром, который во всех своих учреждениях, во всей своей практике является манифестацией антисоциального мышления. Как мы видели, это мышление, сколь бы ни было оно важно в общем ходе развития, не может проявляться иначе, как в антисоциальном направлении.

Широко известно в Америке имя Петти Херст, дочери владельца газетного издательства в Сан-Франциско. Семья Херст принадлежит к числу известнейших семейств Америки. Петти Херст училась в университете в Беркли и жила там в небольшом домике. Однажды она была похищена социально революционной группой, членами которой по их собственному признанию был убит по политическим причинам известный педагогический деятель в Окленде. Похищение Петти Херст взволновало всю Америку. Все полагали, что похитители потребуют большой выкуп, чтобы использовать эти деньги для своих революционных целей. В группу входили, как после выяснилось, главным образом» студенты, не марксисты, но революционно настроенные молодые люди из состоятельных семейств. И они потребовали огромную сумму, чтобы употребить ее на закупку продовольствия для раздачи бедным жителям Калифорнии! Они заявили, если семья Херст не выполнит их требования, дочь их будет убита. Она сама в обращении к родителям, записанном на пластинку и переданном затем по телевидению, просила выполнить это требование, чтобы спасти ей жизнь. Стороны сошлись на нескольких миллионах долларов. Продовольствие закупалось и раздавалось во многих местностях Калифорнии. Тысячи людей устремлялись к пунктам раздачи. Теперь Петти Херст должна выйти на свободу! Но… пришло неожиданное, для многих просто ошеломляющее известие: Петти Херст вовсе не хочет выходить на свободу, она хочет стать членом похитившей ее революционной группы. На новой пластинке, которая тоже была опубликована, она объясняла причины своего решения. Отныне она вступает в борьбу, встает на защиту беспомощных жертв этого общества, которые сами себе помочь не могут. Она отреклась от родителей и их богатства, переменила имя и стала активным членом группы. Ее не было с ними, когда через несколько недель шесть руководящих членов группы были окружены полицией в одном доме в Лос-Анжелесе и были застрелены в стычке с полицией, или может быть сгорели в огне пожара. С тех пор Петти Херст скрывается.

(Позднее П. Херст приняла участие в вооруженном ограблении банка, Полиция застигла налетчиков на месте преступления. Петти была зафиксирована на фотографии с оружием в руках. Суд приговорил всех участников налета к различным срокам тюремного заключения. После этого о Петти долго не было известий и лишь недавно (1980 г.) в «Известиях» была заметка, что Петти, отбывающая наказание в тюрьме, отпущена на поруки родителям.) Это трагическое происшествие позволяет глубоко заглянуть в существо фактов нашего времени и в существо душевной жизни молодежи. Сильные социальные импульсы встают в их душах из глубины воли. Но их вытесняют, заглушают или фальсифицируют усвоенные навыки современного мышления. Эти молодые люди, движимые подлинными социальными импульсами, хотят помогать людям, но не видят другого пути, кроме насилия, террора и убийства. Они не в состоянии постичь истинные причины наших социальных бедствий. Они не знают, что действует в глубинах их воли, нe сознают, что теперешнее мышление должно быть преобразовано, что «срединная» ритмико-сердечная часть человеческой природы в той или иной мере в них уже испорчена современной культурой.

Что же происходит, когда непреобразованное мышление, с одной стороны, и воля, утратившая память о своей связи с духовным миром, с другой, сталкиваются между собой без гармонизирующей Силы сердца? Характер самого американского континента дает на этот вопрос наглядный ответ. Все горные цепи в Америке расположены с севера на юг. Поэтому вторгающиеся из Арктики холодные ветры могут беспрепятственно достигать жаркого юга Америки, встречаясь в Мексиканском заливе с несущимся к северу горячим воздухом. Там, где они сталкиваются, возникают ужасные вихри, ураганы, торнадо, обладающие огромной разрушительной силой. Так и холодный полюс интеллектуального мышления не должен непосредственно сталкиваться с жаром воли, иначе из этого столкновения рождаются социальные вихри опустошительной мощности.

Рудольф Штайнер видел их приближение! В лекциях «Становление человека, мировая душа и мировой дух» (1921 год) есть потрясающие слова, касающиеся нашего столетия: «Бели и дальше дела пойдут так, как я их характеризовал в свете нашего мировоззрения в 19 веке и дальше в 20-м веке, то к концу 20-го века мы придем к войне всех против всех». — Эти слова особенно потрясают нас потому, что вообще Рудольф Штайнер относил эти события к гораздо более отдаленному времени. То, что он ту же формулировку применил к концу нашего столетия, показывает серьезность положения. «Сколько бы люди ни произносили прекрасных речей, сколько бы научных открытий они ни совершили, но к концу века мы придем к войне всех против всех». У нас отсутствует «срединная» ритмико-сердечная часть человеческого существа. Подобно тому, как в кругообороте года ритм зимы и лета, смерти и жизни сочетаются в едином плодоносном становлении, так и задача «срединной» ритмико-сердечной части человека заключается в том, чтобы оба полюса — полюс смерти в мышлении и полюс жизни в воле привести к благотворному гармоническому взаимодействию. Но это не происходит само собой, подобно ритмам жизни в природе или в человеческом теле. В человеке должна родиться новая сила, достаточно мощная, чтобы создать равновесие, ритм, гармонию. Эта сила есть сила «Я» в человеке. Где же можем мы на Западе увидеть стремление к осознанию истинного «Я»?

6. БОРЬБА НА ЗАПАДЕ ЗА ОСОЗНАНИЕ «Я»

Праобраз «Я» представлен Рудольфом Штайнером в скульптуре, изображающей «Представителя Человечества». В этом образе воплощено равновесие между верхом и низом, мышлением и волей, между Люцифером и Ариманом, между Востоком и Западом. Равновесие достигается здесь не так, как на весах, путем распределения тяжести, а внутренним процессом согревания, деятельным преобразованием мысли, чувства и воли, рождения «Я» в человеке — восход Солнца Духа, дарующий творящие силы также и все озаряющего света. В каждой медитации происходит этот внутренний процесс. В каждой медитации мы работаем, чтобы свет спиритуальной мысли соединился с согревающей живой силой воли. Они встречаются в сердце. В просветленном и согретом сердце «Я» обретает место приложение своих сил. Но это высшее «Я» не является для человека только переживанием центра своего существа: Оно обнимает все человечество, даже весь мировой дух. У него нет никаких собственных интересов, но только интересы человечества всего мира. Народы Средней Европы обладают естественными задатками для развития, этого «Я». Но как обстоит с этим дело на Западе? В каждой медитации мы работаем, чтобы свет спиритуальной мысли соединился с согревающей живой силой воли. Они встречаются в сердце. В просветленном и согретом сердце «Я» обретает место приложение своих сил. Но это высшее «Я» не является для человека только переживанием центра своего существа: Оно обнимает все человечество, даже весь мировой дух. У него нет никаких собственных интересов, но только интересы человечества всего мира. Народы Средней Европы обладают естественными задатками для развития этого «Я». Но как обстоит с этим дело на Западе?

То, что на Востоке живет в древнем, духовном, еще слитом с любовью мышлении, в Срединной Европе исходит больше всего из просветленных чувств сердца; на Западе же оно открывается преимущественно в окраске воли. Если на Востоке то, что исходит из наследия древней спиритуальности, является препятствием для развития «Я», то в Средней Европе оно может развиваться свободно. На Западе же «Я» должно добываться в борьбе со слишком сильным переживанием всего земного и телесного. Если на Востоке для «Я» Нудно сохранять самообладание в сильных переживаниях симпатии и любви, если в Средней Европе ему приходится бороться со вспышками противоположностей симпатии и антипатии (жизнь и смерть), то на Западе развитие «Я» должно протекать в борьбе с непрерывными нападениями смерти. Вспомним слова Рудольфа Штайнера из цикла «В новой эпохе»: «На Востоке действуют мистерии рождения к жизни, в Срединной Европе — мистерии жизни и смерти. Запад же должен идти через познание мистерии смерти. Чтобы Запад мог познать и овладеть силами смерти, ему должна быть открыта тайна Воскресения».

Удивительная противоположность существует между Срединной Европой и Западом в их отношении к Духу человечества. В Срединной Европе к Духу Человечества приходят внутренним путем. Душа чувствует, что она — член всего человечества. В Америке соединение в одном народе многоразличных представителей человечества наталкивает на поиски того Духа Человечества, Который может их всех соединить.

В конце первой мировой войны старая Австро-Венгрия, объединяющая много разных народов, развалилась. Рудольф Штайнер сказал тогда, что миссией Австрии было образовать такое сообщество народов, где различные национальности могли бы жить вместе, общаясь в более высоком общечеловеческом духе, не утрачивая свое-образия своей национальности.

Австрия не выполнила этой задачи и потому распалась. Теперь нет другой страны на земле, где необходимость реализации такого общечеловеческого духа, выходящего из узко национальных рамок, была бы столь же очевидна, как в Америке. Здесь, как уже говорилось, объединяющим началом не может быть ни общность крови, ни то, что ты англичанин, или голландец, или немец: ибо ни цвет кожи — черный, белый, желтый, но только то, что ты — человек, никто иной, как человек! Но человеком можно быть только в Я, в том другом высшем Я, охватывающем все человечество. Можно ли в этой стране, все свои силы направляющей на технику и индустрию, найти такое высшее Я?

Встречу с этим другим Я описал Луи Бромфильд в своей книге «Мистер Смит». Он рассказывает о перевороте в судьбе своего героя, совершившемся однажды утром, когда он, бреясь, взглянул на себя новыми глазами.

Увидев сам себя в зеркале как чужого, он думает: «Это ты? Это тот человек с которым ты должен жить до конца своего существования? Какой же ты? Порядочный ли ты и добрый человек или злодей? Чего ты хочешь? Откуда ты пришел? Для чего ты здесь? Он долго стоял так, рассматривая самого себя, а затем произошло нечто необыкновенное: в комнате все оставалось так же, как было раньше, но в нем самом все совершенно изменилось. Он внезапно увидел всю свою протекшую жизнь в новом свете. Перед ним встала вся пустота и бессмысленность его жизни. Как надо это назвать? Депрессия, монотонность, бесполезность, духовное убожество? Все последующие д^ни он продолжал думать о том же. И пришел к выводу: «Все это прежнее не было моим «Я», это было другое «Я», которое меня сковало, а я старался его утвердить». Бромфильд сам называл мистера Смита «средним американцем».

Это ощущение бессмысленности и пустоты жизни все больше распространяется среди американцев, особенно среди молодежи. Многие здесь чувствуют бессмысленность, духовное убожество, монотонность современной цивилизации, устремленной только к материальным благам, к богатству. Они чувствуют, что глубоко в душе что-то глухо бродит, что-то совершается иное, что хочет вырваться наружу, но понять его они не в состоянии. От теперешней науки и воспитания они не получили никаких идей, могущих осветить то, что глухо в них бродит. Это и есть то другое «Я», которое мистер Смит открыл в себе. Мистер Смит много копался в себе, размышляя о том, что же с ним происходит?: «Мне кажется, что это можно определить только как сильнейшую потребность узнать, наконец, что же такое в последнем счете был я сам?». Но он с этим вопросом, не может справиться, не может добиться ясности. У него нет освещающих идей. В том, как затем он говорит о безуспешности своих усилий, открывается огромный трагизм нашей эпохи и характеризуется духовная структура современных людей», — Итак, вот, что получилось. И мой совет всем — никогда не вдаваться в подобные исследования. Ибо этот процесс никогда не прекращается, пока мы живы. И весьма вероятно, что хотя мы знаем, что тело умирает и разлагается, мы никогда не получим полной уверенности, что вместе с ним умирает дух, «Я», души или как там еще — и что вообще никакого конца не существует. Лучше жить так, как живет животное, как мой фельдфебель, который ни о чем не заботится — была бы еда, женщины и побольше денег».

Если человек так и не поймет, что бродит в глубинах его души, что в нем хочет родиться и как оно может придти к рождению — а это можно понять только через духовные идеи — тогда приходит и следствие этой неспособности понимания — ужасная душевная опустошенность, инертность и отчаяние. А отсюда и потребность оглушить себя, забыться. Материализм будет возрастать, и души людей, вместо того, чтобы проникаться силами подлинного «Я», будут все больше срастаться с силами, тянущими их вниз, к земле, к современной жизни. Чарльз Рейх, одно из высказываний которого я уже приводил, молодой профессор Иельского университета, написал книгу молодая Америка», вышедшую большими тиражами не только в Америке, но и в других странах. В предисловии он говорит, что не мог бы написать эту книгу без участия тех сотен студентов, с которыми он многократно обсуждал и дискутировал по этим вопросам. Таким образом, его книга дает возможность глубоко заглянуть в то, что ныне происходит в душах молодых американцев. Он убежден, что всегда в истории именно сознание людей определяет социальную, политическую и культурную структуру эпохи. «— С самого начала настоящей работы мы доказывали, что сознание играет главную роль». — И он стремится доказать студентам, что ни акты насилия, ни мятежи ничего не могут изменить в Америке, но только преображенное и революционизированное сознание. Новое сознание, которое он несколько абстрактно именует «сознание III», живет в студентах и вообще в молодежи. Оно живет в них сначала как не сознаваемый, но сильный импульс воли. Молодое поколение ощущает себя живущим в таком мире, который лишает их настоящего человеческого существования, усиливает в них человеческое «Я». И они вынуждены защищаться. Какую же жизнь ведет теперь человек? — спрашивает профессор Рейх. — «Он ведет уж ту жизнь, которая предсказана в фильмах «Метрополис» и «М», то есть жизнь робота, уничтожающую личность человека и сводящую его существование лишь к профессии или иной функции. «Я» человека умерщвляется». — Автор детально исследует, каким образом пришла Америка к такой ситуации и как молодежь против этого восстает. Как только пробуждается в душе «сознание II», оно вступает в конфликт с ныне господствующим «сознанием II». Основа «сознания III» — освобождение. Освобождение сознания означает свободу индивидуума заново начать создавать свою собственную философию, свои собственные ценности, свой собственный стиль жизни и свою культуру. «Сознание III» начинается с «Я», в противоположность «сознанию II», которое считает общество, общественные интересы и учреждения первичной реальностью, сознание III объявляет индивидуальное «Я» единственной подлинной реальностью. «— Этот импульс — пишет профессор Рейх, — живет теперь в сознании тысяч студентов и другой молодежи. В корпоративных государствах автор видит опасность для развития «Я» «. Он считает, что теперь речь идет не о капитализме, империализме или о правящей экономической элите. — «Эти формы несут в себе, по крайней мере, некоторые человеческие черты. Разумеется, существует правящая элита, обогащающаяся в условиях существующей системы, но эта элита уже не контролирует ситуацию. Она только извлекает выгоду, — выгоду из действия сил, обретших уже свою собственную самостоятельную жизнь».

Удивительно, что автор это видит! Рудольф Штайнер тоже указывал, что с конца XIX-го столетия пошли силы, обладающие в некотором роде самостоятельной жизнью, так что люди теперь уже вовсе не в состоянии сами контролировать экономические процессы. Отдельная личность бессильна против механизма экономических связей. Чарльз Рейх говорит, что самостоятельные силы действуют повсюду в мире, но в некоторых странах действует еще и другой импульс: «мы, напротив, всю ответственность переложили на нашу систему и во всем подчинились бездушному аппарату власти». Если в душах людей их «Я», домогающееся света познания, не будет достаточно глубоко осознано, то оно уходит, а с ним вместе уходят и все добрые импульсы, действующие ныне в людях. Это тоже видит Чарльз Рейх: с глубокой печалью он говорит, что многие студенты, оканчивая университет и вступая в профессиональную деятельность, скоро утрачивают свои юношеские импульсы и идеалы. Но, все же его книга ясно показывает, что среди молодежи живет в душах глубокая тоска и жажда обрести свое «Я». Но только надо понять, что в этом импульсе действует не обычное повседневное «Я», а другое — то, которое встает из глубин души.

Я уже говорил о Луи Бронфильде: он испытывал, как в особые моменты жизни в душе человека поднимается «Я», помимо сознания, из глубин воли. Но он не смог найти путь, чтобы его удержать. Ральф Эмерсон в свое время пошел дальше. Эмерсон нашел точные слова для описания «Я» — «высшей души» человека.

«Все указывает нам, что душа человека не есть какой-то особый орган, она оживляет все органы и пользуется ими; она не является также какой-то функцией наподобие памяти, или способности считать и сравнивать, она пользуется этими способностями, как пользуется руками и ногами. Она не есть какая-то особая способность, она источник света, не интеллект, и не воля, но их повелительница. Она есть основание и задний фон нашего существа, все в нее погружено в то, чего нельзя ни измерить, ни присвоить, ни подчинить. От этого фона или из него исходит свет и проходит сквозь нас».

Для Эмерсона земной видимый человек есть лишь «фасад Храма, где живет вся мудрость и добро». Свободное, самостоятельное «Я» человека, творящее тело и его органы, есть также повелитель нашего мышления и воли. Это — творящий свет, излучающийся из духовной основы человека. Этим Эмерсон приближается к пониманию истинного творческого существа высшего «Я». Это высшее «Я» своей духовной силой охватывает и Космос. «Никакими словами нельзя описать единение Бога и человека в каждом деянии души. То простейшее, что в нераздельности сердца приближается к Богу, само становится божественным. Но всегда и вовеки это излияние высшего и всеобъемлющего «Я» является для нас новым и неисследимым». «— Если человек способен так подняться над своим обычным «Я"» — говорит Эмерсон, — тогда для него наступает новое время с новыми идеями и новыми силами. Все больше и больше перемалывают меня волны вечной природы, и во всех своих связях и действиях я врастаю во всечеловечность. Так дается мне жить в идеях и действовать в энергиях, которые по природе своей бессмертны», — Для Эмерсона «всечеловечность» была не просто словом, но реальностью. Именно душа Человечества образует единство всех человеческих душ.

Молодежь в Америке всегда питала и теперь питает особое пристрастие к поэзии Уолта Уитмена. Широко известна его большая драматическая поэма «Песнь о себе». Почему же молодежь так увлекается Уитменом? Потому что он сумел сказать нечто о внутреннем духовном существе человека не в форме абстрактных идей, а из своих собственных переживаний. В его философской поэме «песнь о себе» не сразу открывается ее глубокое внутреннее содержание. Многое подтверждает правоту мнения. Что в основе поэмы лежит собственное духовное видение автора. Здесь описывается пробуждение «Я» в душе человека, ее очищение и ее новое явление из духовного мира. Уолт Уитмен приоткрывает тайну воли: в ее прасуществе сливается воедино «Я сам» и «единство» всех существ мира. Это видно из следующих строк поэмы:

Быстро настал покой и окружил меня И встало знание, превосходящее всякую мысль на земле.

И я знаю, что в руке Господа — обетование Моего собственного Я.

И я знаю, что Дух Божий — брат моего собственного Я И что все мужчины, которые когда либо рождались — мои братья, И все женщины — мои сестры и любящие спутницы.