— Только если это будет взаимно.
— Ты ведь сплошное сердце, Грейси.
— Тебе это нравится. — Я приникаю губами к его шее, целую, прикусываю, вставая на цыпочки и ведя дорожку по коже к его уху.
Сильные руки подхватывают меня, и я вскрикиваю, когда его рот снова накрывает мой. Через мгновение он укладывает меня на кровать и выскакивает за дверь.
По дому разносится шум.
— Что ты там творишь, Макинли Роулинс? — зову я, приподнявшись на локтях.
Он возвращается с полными руками, выключая свет по пути.
— Закрой глаза, красавица.
— Зачем?
— Просто сделай это, — смеётся он.
Я откидываюсь на подушки, закрываю глаза ладонями. Дыхание выравнивается.
Тихие шорохи. Шаги. Щелчок спички. Запах серы.
Ох...
В воздухе — лёгкий аромат роз. Что-то мягкое касается кровати. Матрас пружинит у моего бедра.
Тёплые ладони осторожно раздвигают мои пальцы. Я сажусь, открываю глаза и замираю, разинув рот. Повсюду свечи. На каждой поверхности.
Бледно-розовые лепестки роз рассыпаны по кровати, по полу.
— Всё, что успел за... — он бросает взгляд на часы у кровати, — четыре минуты.
— Это идеально.
Я поднимаюсь с кровати, он тоже. Встречаюсь с ним взглядом и просовываю палец под лямку платья. Опуская её, замечаю, как его дыхание становится тяжелее. Затем второе плечо. Я медленно спускаю ткань вниз, пропуская по груди, потом по бёдрам и платье падает к ногам.
Остаётся только жёлтое кружевное бельё. Я вся дрожу.
— Святой Боже, ты прекрасна.
Я поднимаю руки — он тут же поднимает свои. Я поддеваю край его рубашки, провожу вверх мимо напряжённого пресса, он помогает, снимает её через голову.
Я провожу пальцем по его ключицам. Сначала одной, потом другой. Касаюсь шеи, затем опускаюсь ниже, снова скользя одним пальцем по животу.
Я обожаю его ощущать. Он — твёрдый, тёплый.
Надёжный.
Дом.
Я поддеваю пальцем пуговицу на его джинсах. Его челюсть сжимается. Он смотрит мне в лицо с такой сосредоточенностью, будто всё это про меня, а не про него.
Я расстёгиваю пуговицу, тяну вниз молнию.
Я уже видела его обнажённым. Но сейчас всё по-другому. Всё, что происходит между нами — как будто в первый раз. Как будто это важно. Как будто теперь — по-настоящему.
Я стягиваю джинсы, он выходит из них. Ткань боксёров натянута. Его ноги напряжены, как и всё остальное тело.