Он протискивается через калитку. Лошадь Луизы делает шаг вперёд, поджимая его. Джоэл шмыгает в Вольво. Заводит мотор, пока Тимми заползает внутрь, торопливо поднимая стекло. Будто оно их спасёт.
Идиоты.
— Это ещё не конец, Неуклюжая! — ревёт Джоэл, и Вольво с визгом шин срывается с места, вылетая на гравий и уносясь по подъездной дорожке.
Первый вдох обжигает лёгкие, когда я разворачиваюсь к Маку. Он вцепился в дверной косяк, трость лежит на земле. Я даже не услышала, как она упала. Рука сама поднимается к губам. Я качаю головой. Он ковыляет ко мне, преодолевая расстояние большими шагами, насколько позволяет тело.
Джоэл назвал его сломанным.
Та часть сердца, что разорвалась от этих слов, проваливается в самую глубину души. Мак обнимает меня прежде, чем я успеваю вдохнуть второй раз. Его руки — якорь, убежище.
— Господи… Я так, черт возьми, горжусь тобой, Грейс.
Я закрываю глаза, позволяя страху, злости, боли за то, что Маку пришлось быть свидетелем всего этого — испариться. Исчезнуть.
Но стоит им уйти, как врывается осознание: всё ещё не кончено. Джоэл не отступит. Он никогда не умел проигрывать.
А теперь… у меня есть всё, что я могу потерять.
Глава 32
Мак
— Ты уверена, что всё будет нормально? — спрашиваю я, накидывая пальто, трость стоит у столика у двери, а Рид уже ждёт на пороге. Грейс склоняет голову, в глазах — знакомое раздражение.
— Всё будет хорошо, Макинли. Иди на приём. Здесь мне ничего не угрожает.
Рид натягивает свою убитую временем бейсболку с логотипом Yankees. Уже вся потрёпанная, но, по какой-то причине, он с ней не расстаётся.
— Всё будет в порядке, Мак. Мы надолго не задержимся.
Я нахлобучиваю чёрную шляпу и подхожу к Грейс. Её руки лежат у меня на груди, пальцы теребят ворот пальто, пока она вглядывается в моё лицо.
— Не забудь взять рецепт, хорошо? — шепчет она.
Я обхватываю её лицо ладонями и прижимаюсь к её губам. Она отвечает, обнимает меня.
Чёрт, как же не хочется уходить.
После вчерашнего нервы на пределе и правильно. Джоэл уехал, но с тех пор не подал ни звука, и всё нутро подсказывает: угроза не миновала. Моя интуиция меня редко подводила и не стану игнорировать её сейчас.
— Иди. Я всё утро собиралась рисовать, — она чмокает меня в щёку и выскальзывает из моих объятий.
Я колеблюсь, потом поворачиваюсь к Риду.
— Пошли, покончим с этим, ганс.
По дороге в город — тишина. Я погружён в мысли, Рид косится на меня каждые пару минут, будто хочет что-то сказать, но никак не решится.
— Ну, выкладывай, — бурчу я.
Он шумно выдыхает, почесывает шею сзади.
— Не знаю…
— Что не знаешь?
— Может, тебе пока не стоит так упираться с работой на ранчо?