Я помедлил. Как бы это сформулировать поделикатнее?..
— Бывшие коллеги, — сказал я наконец. — В некотором роде.
Гром хмыкнул. Помолчал, что-то прикидывая. Я видел, как он взвешивает варианты — пустить чужаков в убежище или нет. С одной стороны — риск. С другой — какой, к черту, риск? Убежище и так разгромлено, защищать нечего.
— Да зови, чего уж там, — наконец сказал он. — Даже если ты привел с собой отряд элитного спецназа «ГенТек», терять уже нечего.
Я не смог сдержать усмешки. Она сама выползла на лицо — кривая, невеселая.
Гром заметил.
— Чего лыбишься? Что я смешного сказал?
— Да так, — я покачал головой. — Ничего. — Гром даже не подозревал, насколько он близок к истине.
— Рокот, прием.
— Слушаю. — Голос командира звучал напряженно. Ждал плохих новостей, готовился к худшему. — Что там?
— Спускайтесь. Тут есть выжившие. Мой старый знакомый. Он приглашает.
Пауза. Короткая, но ощутимая.
— Уверен?
— Да. Давайте сюда. Только без резких движений. Люди тут нервные, сам понимаешь.
— Принял. Выдвигаемся.
Я отключил рацию и повернулся к Грому.
— Сейчас будут.
Тот кивнул. Поудобнее перехватил пулемет — не угрожающе, просто по привычке. Жест, въевшийся в мышечную память за годы жизни в руинах.
— Посмотрим на твоих друзей.
Мы ждали молча. Я — привалившись к стене, рядом с геллхаундом. Гром — на лестнице, контролируя вход в тоннель и меня заодно. Геллхаунд сидел у моих ног, поглядывая то на меня, то на Грома. Пес явно не понимал, что происходит, но чувствовал напряжение. Время от времени тихо поскуливал — нервно, вопросительно.
— Тихо, — я потрепал его по голове. — Все нормально. Скоро пойдем.
Минут через пять в тоннеле послышались шаги. Я уловил их раньше, чем Гром — Симба подсветил три сигнатуры на границе сканирования. Осторожные шаги, размеренные. Так ходят люди, привыкшие передвигаться по враждебной территории.
— Гром, ты пушку опустил бы, — проговорил я. — Там ребята тоже резкие, мало ли, поймут неправильно…
Тот поморщился, но отпустил оружие, оставив его висеть на ремне.
Первым из темноты появился Рокот. Вышел плавно, держа оружие наготове, но стволом вниз. За ним — Вьюга, бесшумная, как тень. Она двигалась вдоль стены, почти сливаясь с темнотой. Замыкал Молот — его массивный силуэт едва протиснулся в узкий проход.
Я только сейчас понял, как это выглядит. Все трое — в черной экзоброне. С характерными очертаниями, с узнаваемыми шевронами на плечах. Логотип «ГенТек» — стилизованная двойная спираль — тускло поблескивал в свете налобных фонарей.
Гром увидел их, и окаменел.
Я наблюдал за его лицом. Видел, как расширились глаза. Как дернулись руки к пулемету… Логотип на форме нельзя было не узнать. Логотип, с которым охотились на выживших, уничтожали убежища, забирали людей на «переработку».
Несколько секунд Гром просто смотрел — молча, неподвижно. Автомат медленно поднимался, ствол разворачивался в сторону Рокота.
— Вот это поворот, — процедил он сквозь зубы.