— Что с Гэлом? Есть связь?
«Сигнал нестабилен. Помехи все еще сильные, но меньше, чем в изоляторе. Могу подтвердить: объект функционирует. Подробности недоступны».
Функционирует. Жив, значит. Уже хорошо.
Надеюсь, что и с остальными все в порядке. Как представлю, что Лису таким же образом, как и меня, допрашивают…
Я тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Толку терзаться неизвестностью, полагаю, что все скоро узнаю. Открыл глаза, выдавил из диспенсера в ладонь приятно пахнущий гель для душа, и принялся методично отмывать себя. Грязь с волос, кровь с лица — свою, чужую, хрен разберешь, пот, копоть… Все то, что накопилось за последние дни. А накопилось немало.
Десять минут — это много. Я уложился в восемь.
Вышел из кабинки, взял полотенце — жесткое, но чистое — и вытерся. Роба по-прежнему валялась на скамье, но рядом с ней появилась стопка одежды.
Я взял верхнюю вещь, развернул. Куртка. Форменная, темно-серая, с воротником-стойкой. Никаких шевронов, никаких нашивок — просто ткань. Под ней — штаны такого же цвета. И ботинки — крепкие, на толстой подошве.
Полевая форма «Феникса». Только без опознавательных знаков.
Я оделся. Форма сидела неплохо — не идеально, но терпимо. Впрочем, мне не на конкурс милитари-моды, так что сойдет. Поставив ногу на лавку, принялся шнуровать ботинки.
Дверь скользнула в сторону, в душевую заглянул конвоир.
— Готов?
— Практически, — кивнул я и выпрямился. Провел руками по куртке, посмотрел на конвоира.
— За одежду — спасибо, конечно, но у меня вообще-то была собственная одежда. Она меня вполне устраивала.
Конвоир помолчал. Потом заговорил — негромко, без угрозы, скорее с чем-то похожим на усталое понимание:
— Ты бы, друг, не торопил события. То, что тебя отсюда дернули, еще не значит, что ты сюда не вернешься.
Я промолчал. Ждал продолжения.
— Если нормально все будет — вернут тебе и одежду, и броню, и пушки, не переживай. У нас крыс нет.
Он помолчал.
— А если будет не нормально — поверь, это последнее, что будет тебя интересовать.
Я хмыкнул и кивнул.
Честно. Прямо. Без лишних слов. Такой подход мне нравился больше, чем все эти игры с током и оскорблениями.
— Понял, — сказал я. — Ну, пошли тогда. Куда там нам дальше?
«Дальше» оказалась столовая.
Она располагалась в том же здании, идти пришлось совсем недолго. Просторное помещение с длинными столами и скамьями, окна — настоящие, широкие, хоть и забранные решеткой. За окнами — все тот же серый день, все тот же двор фильтрационного лагеря. Но после камеры и допросной даже это казалось почти уютным.
Пахло едой. Чем-то необязательно вкусным, но однозначно горячим и сытным — и желудок немедленно напомнил о себе — громко и требовательно.
— Сюда, — конвоир кивнул на один из столов.
Я посмотрел в указанную сторону и улыбнулся.
За столом сидели мои люди. Не в полном составе, не хватало Лисы и Вьюги, но остальные были здесь. Рокот, в такой же форме, как на мне, мрачный, как грозовая туча. Молот, красующийся бланшем на пол-лица, лиловым и свежим. Кто-то неплохо ему приложил. Гром сидел спокойно и невозмутимо, ковырялся в тарелке и что-то жевал. Серый притих рядом, бледный и напуганный. Ну, этому не привыкать. А вот Шило выглядел неожиданно прилично — перевязанный, посвежевший. Даже румянец какой-то появился.
Мое появление команда встретила одобрительным гулом.