– И ты выступила великолепно, – сказала я, проводя рукой по волосам, чтобы пригладить выбившиеся прядки – некоторые завитки пришлось подколоть заново. – У нас просто изумительная труппа. А я думала…
Тут я осеклась, плохо представляя, что еще сказать. Я, честно говоря, раньше думала, что английские степперы окажутся скованнее наших американских. А еще я знала, что здешней публике угодить трудно. За последние несколько месяцев я посетила пару-тройку представлений и своими глазами видела, как лондонцы своим улюлюканьем изгоняют актеров со сцены. Какое облегчение, что с нами этого не случилось: нас не вытурили из города.
Мими вытащила шпильки, удерживавшие на голове ее сценическую шляпку, провела пальцами по гладко уложенным светлым прядям.
– Представление прошло блестяще. Вы с Фредди будто вернули радость на сцену, а заодно напомнили зрителям, что к жизни не следует относиться слишком серьезно.
Я наклонила голову набок, пытаясь сообразить, что именно она имеет в виду. Сказать же ничего не успела, потому что Фредди как бы между делом обронил:
– Уж поверь мне, Мими, моя сестра ни к чему серьезно не относится. – Он со смехом потрепал меня по подбородку.
Я в ответ преувеличенно нахмурилась.
– Фредди у всех пытается создать впечатление, что ни дня в жизни не посвятил развлечениям, вернее, что единственное его развлечение – это работа; вот только уж поверь мне, я видела, как он расслабляется. – Я выдержала паузу, прежде чем выдать концовку: – По крайней мере, однажды. – Я задумчиво постучала пальцем по губе. – Ну, кажется, один раз все-таки видела. А может, это было и в другой раз.
Фредди застонал и отвесил гротескный поклон.
– Ба! Танец, актерская игра – какие тебе еще нужны развлечения, кроме как радовать зрителей?
Мими фыркнула:
– Лично я могу предъявить целый список.
– А, вот вы где! – Из-за угла вышел Ноэл Кауард – в удлиненном фраке и начищенных ботинках он выглядел настоящим щеголем. Улюлюкнув, он притянул Фредди к себе, хлопнул по спине. – Пойдемте праздновать.
– Все пойдем? – уточнила я, обводя гримерную взглядом, который невольно остановился на Вайолет за угловым столиком.
– А почему нет? Ужин в отеле «Адельфи», устраивает его неизменно щедрый лорд Лэтом.
Фредди приподнял бровь, уголок его рта красноречиво пополз вниз: сейчас откажется и от своего, и от моего имени.
– Прием, который устраивает лорд, вот как?
– Да. – Ноэл кивнул мне, улыбаясь от уха до уха и демонстрируя все зубы. – Дабы поздравить вас обоих с успехом. Уверяю, что вас всех очень там ждут. – Он глянул на Мими, подмигнул. Она сделала вид, будто смутилась, захлопала ресницами, жеманно закусила губу.
Кокетничает. И зря. Она, похоже, еще не подметила того, что уже угадала я: мой брат интересует Ноэля куда сильнее, чем все юбки за кулисами.
– Я не в той форме, чтобы идти на прием, – начал было Фредди, но я со своего места ткнула его кулаком в бедро – и ответить твердым отказом он не успел.
– Мы с удовольствием придем, – сказала я. – И если вы уверены, я позову и хористок.
– Чем больше, тем веселее. – Ноэл расплылся в довольной улыбке, в глазах блеснуло озорство.
Тут появилась мама. Не слишком кстати, на мой взгляд.
– Вы оба выступили блестяще. Как жаль, что отец этого не видел. – Гордость ее была очевидной.
Я взяла Фредди под руку, сжала его ладонь.
– Утром напишем папе и все ему расскажем.
– Вы куда-то собираетесь? – спросила мама.
Ноэл поднес мамину руку к губам.
– Вы с каждым днем все молодеете, миссис Астер. Пожалуйста, скажите, что поедете с нами на ужин к милорду.
Мама рассмеялась, шуганула его.