Крутая волна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, и иди к нему!

Серафима разбудила Важненького, Маню и поднялась с бревна.

— Кто за хозяина будет? — спросила она Илью. — Пора собирать невод да ехать.

— Лука Антонович, — гордо сказал Илья. — Он за хозяина.

— Что же его нет?

Евсин пришел вместе с Федором Жгутовым, они принесли парус.

— Вчера и забыли о парусе молвить, у Игнатия второй нашелся, — сказал он артели. — Вот, отобрали с Федором.

Весь день провели на ловле. Иногда было тяжело: некоторые тянули тетиву слабо. Лука Евсин, посмеиваясь смотрел на новых ловцов и думал про себя: «Пить-есть надо». Но разве годятся на рыбачье дело — Маня с тонкими красными ручонками, Важненький — не человек, воробей, задор и силенка птичья. Сынишка Байкова… Зато босая Серафима, грузно ступив на борт неводницы тянула мокрую сеть за троих.

Вечером артель сдала рыбу в кооператив. Наловили больше, чем вчера. Лука Евсин хорошо знал озеро и запускал невод в добычливых местах. Получив свою долю рыбы, Серафима и Важненький степенно несли ее домой. Еще вчера Маня ходила за подаянием на берег, было стыдно и обидно просить, хотя они всю жизнь вязали сети, которыми ловили рыбу богатые. Жена Ильи Фенагеева, худая изможденная женщина с кучей малолетних детей, встретила мужа; ей также не нужно было теперь клянчить подаяния.

Но не все рыбаки сдали улов на кооперативную базу. Иван Жгутов не досчитал с десяток неводов и мутников, не сдавших ни одного фунта снетка. Не было в списке сдавших улов и Игнатия Федоровича Утенова.

X

Игнатий Утенов не ездил на ловлю. Придя накануне от Шигина, он дождался Андрея, заперся с ним в кладовке, долго уговаривал того ехать в Псков.

— Поглядим, как да что. Никто и не узнает. Сахару, чаю купим. Что-то уж большевики больно срамят немцев и белых. Может быть, вовсе и не такие они… Главное, пройдем шито-крыто, никому невдомек. Пойдем завтра!

Андрей боялся. Он, бывший солдат, знал, что идти на территорию, занятую неприятелем, опасно, могут арестовать как разведчиков. Утенов настаивал, что в Пскове никто их не узнает, они побудут на рынке, кой-что закупят и возвратятся ночью на остров. О своем плане — помочь белым — Игнатий Федорович пока-что молчал. Андрей, наконец, согласился.

— Пожалуй, ведь если умно себя вести, не попадешься, — сказал он. — Только ни в какие дела я ввязываться не хочу.

— Кто тебя тянет?

— Пусть воюют, мне нет дела до их драки. Хватит, вшей покормил.

— Вот именно! — подтвердил Утенов. Запасик сделаем и тихо, мирно смуту эту переживем. Пудик сахару, фунтик чаю. Муки белой для твоих ребятишек купим.

Наказав женам не говорить никому об отлучке с острова, они выехали на лодке еще до рассвета. Лодка шла быстро; попутный ветер туго натягивал парус.

Через полчаса лодка ткнулась в песчаную отмель, и Утенов с Андреем вылезли в воду. Стащили лодку с мели, заворотили. Настя, жена Андрея, направила парус.

— Приезжай сюда же ночью. Мы придем, — сказал ей Утенов.

— Смотрите, осторожней, — наказывала Настя.

— Маленькие, что ли? — сказал Андрей и оттолкнул лодку. Серебристые волны покатились от носа.

Они подождали немного, следя за уходящей лодкой. Взглянули на темневшие вдали острова и пошли к берегу, шумно хлюпая сапогами.

Верстах в десяти от берега на узенькой тропинке их неожиданно остановил резкий окрик.

— Halt!

Они остановились. В предрассветном сумраке блеснул штык.

— Пароль! — глухим голосом сказал другой, невидимый в кустах.

— Норд абшнитт! — струсив, пробормотал Утенов.

— Vorwärts! — освободил дорогу часовой, отступая к кустам, — gehen Sie!