Я вижу, как тревожится и переживает моя женщина. Моя любовь, моя истинная!
От боли и горя на ней лица нет.
Она торопится, она подходит, и за несколько мгновений до встречи со мной она видит, что Алекс живой.
Падает около меня на колени, обнимает меня и его, и тело её сотрясается от рыданий на моей груди.
Сколько же ей пришлось пережить!
Драконы, обернувшиеся в людей, и драканы молча смотрят на нас, в ущелье стоит молчание, прерываемое лишь всхлипами Лары.
Великий маг Лара Вэлби, Лара Эшбори рыдает.
Легенда Севера — просто женщина, просто мать.
А затем все как по команде отворачиваются, драканы уходят к лошадям, на которых они смогли пробраться в это чертово ущелье.
Драконы Джеральда и сам Джеральд тоже отходят в сторону.
Я понимаю, что нас страховали все собравшиеся. Как они нас нашли только? Именно это ущелье? Именно возле этой пещеры? У отвесной скалы над пропастью.
Возможно, Дэб как следопыт знал это место. Он же вырос здесь. Здесь работал на границе его отец — дракон Бароу, отличный воин.
Дэб со своей командой готовы были поймать Алекса в походное одеяло.
А Джеральд с драконами ловили в полете.
Я знаю, что я бы успел схватить Алекса, просто у самой земли. Просто мог при этом сам сильно разбиться.
И Джеральд, мгновенно просчитав это, сделал это за меня.
Мой заклятый друг.
Да, мой заклятый друг…
После первого приступа рыданий Лара, тесно прижав к себе хныкающего Алекса, почуявшего молочко и мамину грудь, отворачивается от всех в желании покормить сына. Я стаскиваю с себя рубашку и даю завернуть в неё Алекса. Все пелёнки с него слетели при падении ещё. Курткой закрываю Лару с сыном от случайных мужских взглядов.
Как хорошо, что при магических оборотах у нас всегда восстанавливается та одежда, которая была на нас. Это наша драконья магия, а то бы бегали здесь голышом.
Я сижу рядом, обнимаю Лару, кормящую нашего сына, и нет в эту минуту человека, счастливее меня.
Смотрю на свою драгоценную женщину, на ее роскошную белую грудь, которую смешно и жадно тискает своей крохотной ручкой оголодавший сынок. Бедный, сколько же он нетерпелся за эти три дня.
— Ешь, маленький, ешь.
И думаю, за что мне такое счастье.
Боги, я благодарю вас, что вы дали мне эту женщину! Мать моего сына…
Потом я оставляю Лару на камне баюкать Сашеньку и подхожу к мужчинам, дожидающимся меня, сидя на валунах.
Все страшно довольны, что вся эта история благополучно закончилась.
Я крепко жму руки всем мужчинам этой экспедиции. Все мы прошли эту страшную войну, а сейчас они ещё все как один участвовали в спасении моего сына.
Я тепло обнимаю Дэба. Он здесь Ларе как отец.
А потом подхожу к Джеральду и пожимаю ему руку, благодарю, что спас моего сына. Да и меня, вероятно, тоже. Я бы убился, наверное, в том страшном прыжке.