— Ты и Тэйн.
— А что такого во мне и Тэйне? — пожимаю я плечами.
Она тяжело, нарочито театрально вздыхает.
— Ты изменилась. Он изменился. Вчера ночью что-то произошло, и, если ты немедленно не начнёшь говорить, я стяну тебя с лошади и вытрясу всё из тебя!
Я с трудом сдерживаю улыбку.
— Мы спали вместе, — я делаю паузу. — Снова.
Лира захлёбывается воздухом.
— Вы… что?!
Я жду. Смотрю, как она начинает заикаться, как округляются её глаза, как пальцы сжимаются на поводьях. Я тяну паузу. Даю ей помучиться….
— Мы спали, Ли, — я ухмыляюсь. — В смысле именно спали.
Она сверлит меня взглядом. Потом тихо выругивается.
— Ненавижу тебя.
— Ты меня любишь.
— Ладно, но я ненавижу, что ты заставила меня подумать… — она стонет, откидывая голову назад. — Просто расскажи, что произошло, чёрт подери!
Я смеюсь и качаю головой, но смех быстро сходит на нет. Я выдыхаю, на этот раз медленнее. Потому что, боги, я не могу вечно уходить от ответа. Не с Лирой. Но я не могу рассказать ей всё, даже если раньше рассказывала. Не могу рассказать ей секрет Тэйна.
— Я даже не знаю, с чего начать.
— Попробуй, — Лира даже не моргает.
Я прикусываю губу, бросая взгляд на Тэйна, скачущего чуть впереди, его плечи напряжены, одно его присутствие держит меня на земле. Мне не нужно видеть его лицо, чтобы знать, что он слушает. Мне не нужно поднимать глаза, чтобы чувствовать его рядом, потому что связь натянута в груди тугой нитью.
И одного этого должно быть достаточно, чтобы меня пугать.
Но не пугает. Уже нет. Сейчас это просто… на своём месте.
— Теперь всё по-другому, — говорю я тише.
— Как? — выражение лица Лиры меняется.
— Потому что он больше не сопротивляется. Ни в каком смысле.
Связи между нами, чувствам.
Лира молчит, давая мне пространство, чтобы продолжить. Тяжесть этой правды опускается между нами. Потому что дело не только в нём.
— И я тоже перестала.
Глаза Лиры смягчаются, потому что она понимает. Потому что она знает меня.
— Я не знаю, что это, — бормочу я. — Куда это ведёт, чем закончится. Что всё это вообще значит… — выдыхаю. — Но знаю, что больше не могу делать вид, будто это не важно. Потому что больше не получается.
Лира какое-то время просто смотрит на меня. Потом уголки её губ поднимаются в усмешке.
— То есть ты хочешь сказать, что ты обречена.