Я с трудом сглатываю.
— А что, если эта связь — единственная настоящая причина, по которой он вообще со мной?
Её брови чуть приподнимаются, но она не перебивает.
— Что, если единственное, почему он так ко мне относится, в том, что магия привязала его ко мне? Что, если без неё он бы и второго взгляда на меня не бросил?
Слова кажутся слишком обнажёнными. Слишком некрасивыми. Слишком мелочными и жалкими.
Будто я вообще не имела права говорить это вслух. Не сейчас, когда на кону судьба мира. Не когда у него и так такая ноша на плечах.
Но всё равно сердце сжимается, когда я, наконец, произношу это для единственного человека, который всегда видит меня насквозь. Для женщины, которая мне как сестра.
— Амара… — выдыхает Лира, проводя ладонью по лицу.
Я трясу головой, пульс слишком громко стучит в ушах. Я не позволю ей сейчас меня разубедить.
— За последние месяцы в моей жизни изменилось всё. Всё. Я не выбирала быть Духорождённой. Не выбирала эту войну. Даже не выбирала связь с Кэлрикс — всё просто случилось. И я понимаю, что поставлено на карту, поэтому я это приняла. Я Духорождённая, и я буду сражаться за этот мир до последнего вздоха.
Делаю вдох, заставляя голос звучать ровно.
— Но ещё одну вещь я не выдержу. Ещё одно решение, принятое за меня.
Я встречаю взгляд Лиры, до боли открытый и готовлюсь к удару.
— Тогда скажи мне: что, если Тэйн на самом деле никогда меня не выбирал? Что, если связь просто загнала его в угол?
Лира долго смотрит на меня, лицо ничего не выдаёт. Потом наконец выдыхает.
— Знаешь, для человека, который якобы «самая сильная и могущественная среди нас», ты охуительно хуёво понимаешь, когда кто-то тебя хочет? — она фыркает, качая головой. — Подумать только: столько учёбы, столько тренировок… всё, что было между тобой и Тэйном… и у тебя до сих пор нет ни хрена ни малейшего понятия.
— Ли… — мрачно хмурюсь я.
— Нет, заткнись. Ты правда считаешь, что он с тобой из-за связи? — она снова фыркает, качая головой. — Амара, этот мужчина вокруг тебя кругами ходит с того самого момента, как вы встретились. Ты думаешь, магия заставляет его тебя хотеть? Думаешь, она «вынуждает» его прикасаться к тебе, смотреть на тебя так, как он смотрит? Вести себя так, как он себя ведёт?
Я сжимаю губы и отвожу взгляд.
Лира ухмыляется.
— Тебе уже пора перестать думать, что всё в твоей жизни происходит с тобой, и начать понимать, что некоторые вещи просто есть, — голос становится жёстче. — И у Тэйна тоже есть голос. Этот мужчина ведёт себя как грёбанный щенок, который везде за тобой таскается.
Она вскидывает руки.
— Да ради всего святого, Мара, открой глаза. Перестань притворяться. Перестань пытаться любой ценой защититься от того, что тебе снова будет больно, — её тон чуть смягчается, от чего бьёт ещё сильнее. — Я знаю, как смерть родителей тебя вышибла. Знаю, что эти месяцы были жестокими. Нереальными. И даже представить не могу, какое это бремя — быть Духорождённой.
Она смотрит на меня, по-настоящему смотрит. Без подколов. Без сарказма. Только правда, рассекающая мои страхи, как нож.
— Но, во имя богов, перестань отталкивать единственного человека, который, возможно, и правда всё это понимает.
Я не отвечаю. Потому что не знаю, что сказать. Она хлопает меня по плечу, ухмыляясь. Я стону и отталкиваю её руку.
— Боги, ненавижу тебя.
Она снова смеётся, вставая и потягиваясь, поднимая руки над головой.
— Нет, не ненавидишь. Без меня бы рыдала в подушку.
— Мне нужен эль, — фыркаю я, качая головой.