— Да, — отвечает Тэйн коротко.
— Но почему именно сейчас? — спрашиваю я. — Почему они перестали вылупляться вообще?
— Никто не знает, — выдыхает Вален, его взгляд остаётся прикован к пламени
— И все просто ждут, что они вылупятся сами? — фыркает Лира.
Тэйн бросает на неё взгляд, спокойный, но твёрдый.
— Мудрецы в столице изучают это годами. Они пытаются понять, что изменилось. Почему потомства больше нет.
Она выдыхает, но больше не говорит.
Я задумываюсь.
— Если Стражи защищают драконов, разве они не знают причину?
— Возможно. Но они не делятся своими знаниями, — Вален слегка пожимает плечами.
Костёр потрескивает, в жаре трещит полено. Некоторое время никто не говорит. Тишина ложится между нами, тяжёлая и настороженная.
Лира тяжело вздыхает, отрывает кусок хлеба и кладёт его в рот.
— Ладно, но мне не нравится эта загадка. Кто-то должен потребовать ответы.
— Можешь сделать это сама, только не удивляйся, если тебя обратят в пепел за дерзость, — усмехается Тэйн.
— Может, и попробую. Я умею быть обаятельной, — ухмыляется она в ответ.
— На сегодня достаточно рассказов. Я спать, — внезапно произносит Вален.
Поленья в костре трещат, выпуская в воздух мелкие искры. Тёплое свечение играет на поляне, отражаясь на чёрных силуэтах деревьев вокруг.
Даже летом горный воздух остаётся прохладным. Где-то вдалеке ветер воет между вершинами, пробираясь сквозь узкие расселины, как древний, неугомонный дух. Я обхватываю себя руками, когда понимаю, что осталась одна у костра.
Остальные уже легли спать: Лира с зевком скрылась в нашей палатке, Вален ушёл в свою.
Но сна нет. Я чувствую себя слишком живой, слишком наполненной предвкушением. Завтра я встану на краю «Сошествия Вэлкара». Завтра я увижу Кэлрикс.
А сегодня я просто сижу, наблюдая, как огонь извивается и греет холодную ночь.
Раздаются шаги.
Я не поднимаю голову — и так знаю, кто это.
Тэйн выходит из палатки. Двигается тихо, уверенно. Не спрашивая, садится рядом, и его присутствие заполняет пространство, словно ему всегда было здесь место.
Долгое время мы молчим. Свет от огня скользит по его лицу, выделяя резкие линии скул и делая взгляд ещё глубже, темнее.
Затем звучит его низкий, спокойный голос:
— Ты готова?
— Да, — ответ приходит сразу. Я выдыхаю, наблюдая, как дыхание тает в холодном воздухе.
Тэйн наклоняется вперёд, кладёт предплечья на колени и смотрит в пламя. После короткой паузы произносит:
— Как ты можешь быть такой спокойной? — в его словах нет упрёка, только неподдельное любопытство.