— Надеялась улизнуть, не попрощавшись?
— Ты бы всё равно меня нашёл, — улыбаюсь я.
— Верно, — отвечает он. В его серебристо-голубых глазах искрится насмешка, но под ней — тепло. Настоящее.
— Готова? — он чуть склоняет голову, глядя прямо на меня.
— Да, — киваю я.
Киеран одобрительно цокает языком, а потом — прежде чем я успеваю отреагировать — быстро склоняется и целует меня в щёку.
Касание тёплое, мягкое, почти невесомое.
Я замираю.
Он задерживается всего на миг, потом отступает, встречая мой взгляд и ухмыляясь.
— Только не падай раньше времени.
Подмигивает… и уходит, не спеша, будто ничего особенного не сделал.
Я всё ещё стою, переваривая произошедшее, когда замечаю взгляд Лиры. Её брови приподняты, а улыбка говорит всё без слов. «Я же говорила».
Прежде чем успеваю ответить, она кивает куда-то за мою спину. Мне и оборачиваться не нужно — я уже чувствую.
Тэйн.
Я всё же поворачиваю голову. Он сидит верхом на своём чёрном жеребце, в свете утра кажется резче, выше, опаснее. Но смотрю я не на коня.
На него. На этот взгляд.
Пронзительный. Неподвижный. Его пальцы чуть дёргают поводья, челюсть напрягается, словно он сдерживает что-то, бушующее внутри.
Я должна бы чувствовать себя победительницей. Или хотя бы польщённой.
Но внутри только одно — растерянность.
Лира склоняется ко мне и шепчет, с трудом сдерживая смех:
— О, ему это точно не понравилось.
— Ты не помогаешь, — тихо выдыхаю я.
— А я и не собиралась, — ухмыляется она.
ТЭЙН
Солнце только поднимается, но воздух уже пропитан жаром. Лето ощущается повсюду — густое, золотое, неторопливое. Мы седлаем лошадей ещё до того, как просыпается остальной форпост.
Я снова проверяю ремни. Не потому, что необходимо, просто нужно чем-то занять руки. Потому что за моей спиной — она. Оборачиваюсь, наблюдая как она смеётся с Лирой, поправляет сумку, двигается с той собранной уверенностью, что стала её щитом в последние дни.
Она готова.
Боги, она действительно готова.
И тогда появляется он.