И всё, о чём я думаю: это должен быть я.
Плечи напрягаются раньше, чем я успеваю это осознать. Пальцы сжимаются в кулаки. В груди вспыхивает жар — резкий, мгновенный, как клинок, выдернутый из огня.
Киеран не просто говорит с ней. Он смотрит на неё, как на то, что хочет. И, клянусь богами, она это принимает.
Я делаю шаг, сам того не замечая. Вален что-то говорит позади, но я не слышу.
Киеран снова склоняется ближе. Слишком близко.
И я чувствую — тот же жар под кожей, тот самый огонь, который не утихает.
Амара двигается — лёгкая, игривая, с мягкой улыбкой на губах. И это выворачивает всё внутри — остро, жгуче, невыносимо.
Я двигаюсь к ним. Не просто иду, а иду быстро и решительно. Потому что мне нужно быть рядом с ней. Мне нужно вернуть то пространство между нами, пока оно совсем не исчезло.
Когда я подхожу, Киеран уже отступает. Ухмыляется, как обычно, довольный и ленивый. Он бросает что-то про обрывы, она закатывает глаза.
Но я вижу.
Как щёки у неё розовеют. Как светятся глаза.
Я сажусь рядом — спокойно, будто это привычно. Словно я не пересёк всё поле только потому, что не мог больше смотреть, как он стоит рядом с ней.
Она, конечно, не оставляет это без ответа. Всегда бросает вызов. В её взгляде горит острота, вызов, игра. Вопрос «ревную ли я» звучит с той уверенностью, словно она уже знает ответ.
Я хочу просто взять её и поцеловать.
Но вместо этого произношу:
— А если да?
Потому что это правда. И я больше не собираюсь скрывать её.
А потом ухожу — пока не сказал что-то, что нельзя будет взять обратно. Пока не позволил себе прикоснуться к ней так, что пламя охватит всё вокруг.
АМАРА
Солнце только-только поднимается, когда мы начинаем сборы. Воздух уже прогрет и день обещает быть жарким. Лошади осёдланы, мешки закреплены, провизия уложена.
То, что ждёт впереди, уже легло тяжестью внутри меня. И я готова.
Лира не может усидеть на месте.
— Я иду с тобой, — заявляет она, закидывая сумку на плечо. — Ты собираешься связаться с драконом и думаешь, я останусь в форпосте, делая вид, что мне всё равно?
— Даже не сомневалась, что пойдёшь, — усмехаюсь я.
— Отлично. Потому что я всё равно бы пошла, — она довольно кивает.
Немного впереди Тэйн и Вален стоят у своих лошадей, проверяют снаряжение, ремни, что-то обсуждают.
Утренний свет задевает волосы Тэйна, ложится отблеском на скулах. Он сосредоточен. Уже готов. Уже в пути мысленно.
— Тэлор.
Я оборачиваюсь, передо мной стоит Киеран. Руки в карманах, ухмылка на месте — лёгкая, наглая, привычная.