Порыв жара скользит по коже, в ожидании ответа. Вода тянет к себе, неспокойная. Воздух густеет, закручиваясь вокруг меня, вздымая рябь на воде и подталкивая пламя вверх.
Я колеблюсь.
Огонь вспыхивает, сплетаясь в беспорядочные спирали. Воздух разрывает резкий треск. Пламя мечется, дикое и живое. Вода поднимается всё выше, хлеща по рёбрам. Земля под ногами сдвигается — едва, но достаточно, чтобы я пошатнулась. Ветер воет, поднимая в небо искры и капли пара.
Я судорожно вдыхаю, паника вспыхивает в груди жаром.
Тянусь.
Хочу усмирить пламя, удержать воду, заставить землю застыть, приказать воздуху подчиниться.
Но ничего не слушается. Стихии вырываются.
Они отвергают меня.
— Вален, — напрягаюсь я.
— Ты так и не поняла, — его голос пронзает бурю, острый, как лезвие.
Вода поднимается выше. Я собираю силу, пытаюсь остановить, направить, удержать…
— Нет! — Вален перекрывает шум голосом, не терпящим возражений. — Ничего не делай! — приказывает он.
Как можно ничего не делать?
Я сжимаю зубы.
— Если я не…
— Удержишь, — произносит он твёрдо. — Просто позволь этому быть. Замри. Телом. Разумом. Сердцем. И дыши, Амара. Вдох. Выдох.
Пламя вспыхивает всё ярче. Вода клокочет. Земля дрожит под ногами. Воздух сгущается, давит на грудь, будто сам ждёт, когда я выдохну.
Паника подступает. Я снова тянусь за контролем, но они не откликаются. Потому что они не сопротивляются. Они ждут, когда я отпущу.
Делаю резкий вдох… и перестаю держаться.
Впервые с тех пор, как Стихии пробудились во мне, я ничего не делаю.
Жар поднимается, свободный и необузданный. Пар клубится вокруг, плотный и ослепляющий. Вода ласкает ноги, тёплая, текучая. Ветер проходит сквозь меня, неся жар огня, прохладу воды и ровный ритм земли.
Отпускаю.
И ничего не происходит.
А может, наоборот — происходит всё.
Огонь не сжигает. Вода не поглощает. Земля не рушится. Ветер не сбивает с ног.
Им не нужна моя рука, чтобы оставаться в равновесии.
Они уже в нём.
Воздух вырывается из груди — лёгкий, чистый. Сознание, наконец, стихает.
И я понимаю: Стихии никогда не ждали моего контроля. Они ждали доверия.
Открываю глаза. Теперь я понимаю.