Я сдерживаю улыбку, качая головой. Слишком приятно, чтобы спорить.
Три дня подряд — одно напряжение, одно испытание за другим.
А сейчас? Сейчас просто хорошо.
Киеран задерживает на мне взгляд, потом поднимается.
— Ладно, оставлю тебя отдыхать, пока Тэйн не прожёг во мне дыру своим взглядом.
Я усмехаюсь и в тот же миг чувствую его. Тяжесть чужого взгляда. Перевожу глаза мимо Киерана — и, конечно, вижу то, чего ожидала.
Тэйна.
Стоит неподвижно, руки скрещены, лицо непроницаемое — слишком спокойное. Та самая воинская сдержанность, за которой всегда прячется что-то пылающее.
Даже отсюда я чувствую это.
Его жар. Вес взгляда. Тихую, тлеющую энергию под поверхностью. Огонь, заключённый в камень.
Киеран замечает, куда я смотрю. Усмешка у него становится шире.
— Ага.
— Ага? — я поворачиваюсь к нему, поднимаю бровь.
— Да ты будто сама нарисовала себе мишень на спине, Тэлор, — он коротко смеётся, качая головой.
— Что?
Киеран лениво кивает в сторону Тэйна, даже не утруждая себя взглядом.
— У тебя там военачальник выглядит так, будто вот-вот придёт и поставит на тебе метку.
Я фыркаю.
— Это не…
Но не успеваю закончить, потому что Тэйн двигается.
Не спокойно. Не размеренно.
А быстро, решительно, словно идёт в бой.
Пульс взлетает.
В его взгляде светится сталь, сосредоточенность и нечто, похожее на собственничество.
И внезапно расстояние между мной и Киераном кажется слишком маленьким. Слишком очевидным. Слишком натянутым.
Боги, он чертовски красив, когда идёт вот так.
Киеран тоже это замечает. Конечно замечает. Улыбается — широко, лениво, до неприличия довольный.
Потом чуть наклоняется ко мне:
— Надо отдать ему должное, он быстрый.
— Даже не начинай, — бросаю на него раздражённый взгляд.