И всё же… рядом с ней я будто забываю, как хранить тишину.
Она направляется к казармам. В её походке лёгкость, уверенность, чуть заметное покачивание бёдер. Форма солдата сидит на ней слишком хорошо.
Твою маааааать.
Я сжимаю зубы и резко отвожу взгляд.
Хватит.
Мотаю головой, будто пытаюсь вытряхнуть из неё ненужные мысли.
Три глубоких вдоха. Этого должно хватить.
Раз. Два…
— Эй, брат.
Тяжёлая ладонь ложится мне на плечо, и я дёргаюсь.
— Да чтоб всех богов… — выдыхаю и автоматически тянусь к клинку у бедра. Пальцы касаются рукояти, прежде чем я узнаю̀ голос. Резко оборачиваюсь, нахмурившись.
Риан стоит за мной. Руку уже опустил. Брови чуть приподняты, то самое выражение, слишком знакомое. Внимательный. Вычисляющий.
Осуждающий.
— Остынь, — спокойно произносит он. — Чего ты такой напряжённый?
Дерьмо.
Риан замечает всё. Всегда.
А я… Я, который никогда не теряет самообладания, не смогу сейчас солгать. Всё, наверное, уже написано у меня на лице.
— Не подкрадывайся, — скрещиваю руки на груди, сжимая челюсть.
Он хмыкает, тихо, почти задумчиво. Всё ещё изучает. Слишком проницателен, как всегда.
Вот в чём его особенность. Он говорит редко, но каждое слово попадает точно в цель.
— Ты смотрел на неё, — он склоняет голову.
Я молчу.
— Ты вздрогнул, Тэйн, — он чуть приподнимает бровь.
Боги, мать его.
— Она — моя ответственность! — вырывается у меня резче, чем хотелось.
Риан смотрит прямо, глаза холодные, внимательные, не отпускающие.
— Сядь, — говорит он.
Не просьба. Приказ. Лишь братья могут говорить со мной так. По крайней мере, когда поблизости нет солдат.
Я тяжело выдыхаю и всё же опускаюсь на скамью. Ту самую, где несколько минут назад сидел с Амарой. Чувствую себя так, будто проиграл бой, в который даже не собирался вступать. От Риана не спрячешься.
Он садится рядом, плавно, с привычной для него мягкой силой, словно движется не человек, а поток воды. Совсем в его духе. Он молчит. Просто сидит, локти на коленях, взгляд устремлён вперёд. Даёт мне возможность сказать хоть что-то.