— Почему Нектас не здесь?
— Никто из дракенов не придет, если не почувствует, что это необходимо, — объяснил Сэйон.
— А это не необходимо?
— Не тогда, когда их присутствие может обострить ситуацию.
— И если ты скажешь мне, что ее здесь нет, Ханан обнаружит твою ложь, — продолжил Доркан с дороги. — Как и Король.
— Есть что — то, что заставляет тебя думать, будто мне не похер? — ответил Никтос, и я тихо выдохнула.
Я надеялась, что Нектас был близко.
— Не должно быть. — Доркан откинул голову назад. — Особенно после, как я слышал, пары тяжелых дней. Даккаи. Дракен. И твое намерение обзавестись Консортом.
— О, черт, — пробормотал Сэйон, напрягаясь.
Изменение в воздухе было внезапным и ощутимым, заряженным статикой. Руки Эктора и Рейна потянулись к мечам. Я сомневалась, что Доркан не знал этого, когда сказал:
— Один совет, старина. Не думаю, что сейчас именно тот момент, когда ты захотел бы еще сильнее разозлить кого — либо из Первозданных. Все, чего мы хотим, это доставить Бель ко Двору Ханана.
— Тогда разве Ханан не должен быть здесь? — ответил Никтос. — Однако он, вероятно, слишком труслив, чтобы обратиться с такой просьбой лично. Вот почему он попросил тебя вместо него побыть мальчиком на побегушках. В любом случае, и я дам тебе совет. Тебе пора сменить Двор, которому ты будешь присуживать, — сказал Никтос. — На такой, где у правителя хватит смелости самому выдвигать такие требования.
— Ты знаешь, что я не могу это сделать.
— Если ты дал клятву на крови Ханану — поклялся ему в верности — тогда это был очень неразумный выбор, — ответил Никтос.
— Возможно. — Доркан наклонил голову, заглядывая в сторону тех, кто стоял позади Никтоса. — Но что я знаю точно, так это то, что основная часть твоей стражи находится слишком далеко вниз по Валу, а армии находятся на западной границе.
— Армии? — Я послала Сэйону быстрый взгляд. — У Никтоса есть армия?
Сэйон нахмурился, глядя на меня.
— Конечно, есть.
Это было для меня новостью.
— С твоей стороны было бы мудро просто отдать нам Бель, — сказал Доркан. — И тогда мы продолжим наш путь, не вызвав никаких… беспорядков.
— Вы уже вызвали беспорядки. — От холода в голосе Никтоса у меня по спине пробежал холодок. — Так что, что бы ты ни думал непременно сделать, продолжай в том же духе. Вся эта сцена становится скучной.
Доркан снова рассмеялся.
— Да будет так.
— Насколько хорошо ты владеешь луком? — спросил Сэйон вполголоса, когда Киммериец, который возился с кинжалом на поясе, двинулся, поворачиваясь к Рейну. Я не колебалась.
Я выпустила стрелу, поразив Киммерийца между глаз прежде, чем он успел выпустить кинжал.
— Настолько хорошо, — пробормотала я, игнорируя пульсирующее тепло тлеющих углей жизни в груди, когда они отреагировали на смерть бога.
Голова Доркана повернулась в мою сторону, но я знала, что он не мог меня видеть. Я откинулась назад, когда лязг мечей эхом отразился от дороги внизу. Я быстро наложила на тетиву еще одну стрелу и отошла дальше к парапету, вглядываясь вниз. Моя грудь напряглась.
Я видела только Никтоса, более высокого, чем все остальные в рое Киммерийцев, сражающегося мечом к мечу с Дорканом.
— Оставайся невидимой, — приказал Сэйон, начиная подниматься. — Если Никтос по какой — то причине будет побежден, тащи свою задницу внутрь и отправляйся к Бель и Айос. Зачарованная ты или нет, тебя все равно можно убить.
Никтоса пересилили? У меня пересохло в горле. Я видела, как он сражался с мечом против Гирмов и даккаев. Он разорвал погребенного бога пополам голыми руками. Он не мог быть повержен.