Вопрос был задан вежливо, но в нем чувствовалась нотка — не гнева, а чего— то другого.
— Ты, вероятно, будешь разочарована, узнав, что мне просто нравятся волосы моей Супруги.
Я чуть не задохнулась от его честного ответа.
— Вовсе нет. Я скорее… в восторге от такой честности, — сказала она, и мой взгляд метнулся к ней. — Не хочу больше отнимать у вас время. Пусть ваш союз будет благословением, — ее взгляд снова встретился с моим, а затем она развернулась.
Придя в себя от шока, я тихо ответила:
— Спасибо.
Первозданная Возрождения снова повернулась к нам, и ее нежная улыбка снова осветила ее губы. Прежняя улыбка, в которой читалось понимание. Угли в моей груди загудели. Она наклонила голову, а затем посмотрела на Эша.
— Твой отец очень гордился бы тобой.
Глава Сорок Два

Времени, чтобы поговорить с Эшем наедине или привести себя в порядок, так и не выдалось — приглашенные гости все время поднимались с поздравлениями. Замысловатые короны Первозданных, их сдержанные, кривые приветствия читались на лицах, скрытых за масками или без них вообще. Но были и теплые улыбки, когда они толпились у выложенного щитами прохода, где сидели Эш и я.
Крики перекрывали музыку каждые пару минут, очень раздражая, когда один доброжелатель с поздравлениями сменял другого.
— Мне нужно беспокоиться? — спросила я Эктора, который подошел, чтобы встать рядом со мной.
— Нет, — Эктор улыбнулся мне сверху вниз. — Они приветствуют своего нового Консорта.
Немного сбитая с толку этим заявлением, я взглянула на Эша. Он улыбнулся тому, что сказал мужчина в маске, но в какой— то момент во время приветствий опустил свою руку туда, где моя покоилась на бедре. Никто, кроме, возможно, Эктора и Рахара, стоявших рядом с Эшем, не мог видеть, где была его рука, но, тем не менее, меня это смущало. Прикосновение предназначалось не для демонстрации, и тяжесть его руки на моей казалась успокаивающей, потому что меня… на меня сейчас смотрели очень многие.
Только Кин и Ханан не приближались, и я потеряла их из виду в толпе людей, продолжавших двигаться вперед. Я уже начинала уставать: шея болела от тяжести короны, но крики — приветствия — прогнали усталость. Было… приятно, что меня так радостно встречали, и я не могла не задаться вопросом, приветствовали ли так же и мою мать когда— нибудь? Или моего отца до его смерти? Я не могла припомнить этого. Король Эрнальд и моя мать отдалились от людей, о которых они должны были заботиться, но Эзра была другой. Она не правила из башни за стенкой.
Тарелки с едой были заменены бокалами, которые не опустошались. Музыка становилась все более неистовой, тяжелой, и я не думала, что кто— то из Первозданных остался в Царстве Теней к тому моменту, когда Эш наклонился, сказав, что нам пора уходить. Оглушительные возгласы эхом отразились от усыпанного звездами неба, когда мы возвращались ко входу.
Карета, в которой я приехала, ждала нас у входа, окруженная стражей и солдатами в сером. Сэйон стоял у открытых дверей, склонившись при нашем приближении.
— Ваши Высочества, — протянул он.
Эш вздохнул.
— Ты серьезно будешь начинать именно так?
— Не для тебя стараюсь, — заметил Сэйон, подмигивая мне.
— Конечно, — пробормотал Эш. Слабая усмешка появилась, когда он забрался в экипаж, а затем повернулся, протягивая мне руку. — Супруга.
Дикое трепещущее чувство вернулось, когда я взяла его за руку, ощутив прилив энергии, перетекающий из его ладони в мою. Он помог мне сесть в карету. Несколько дракенов взлетели с колонн, поднявшись высоко в небо над нами. Я села на скамью напротив Эша, когда Рейн появился в открытой двери, держа в руках две большие коробки из теневого камня. Он положил их на пол внутри помещения.
— Короны, — объяснил Эш, снимая свою.
Почувствовав облегчение, когда наконец смогла снять тяжелую, хотя и роскошную корону, я осторожно высвободила ее из волос, пока Рейн открывал первую коробку. Моя шея радостно расслабилась.
Эш опустился на колени между скамьями, поместив свою корону в бархатную обивку цвета слоновой кости. Когда Рейн закрыл ее и открыл вторую, Эш взял мою корону. Его пальцы коснулись моих, и по мне пробежала дрожь.
— Они останутся с вами, — объяснил Рейн, бросив на меня быстрый взгляд, когда поставил тяжелые коробки к подножию скамьи, на которой я сидела. — А затем будут перенесены в небольшую комнату рядом с тронным залом, где обычно хранятся. Вы сможете их достать, когда захотите.
— Спасибо, — сказала я, и он кивнул, бросив на меня беглый взгляд. Я надеялась, что он думал не о словах, сказанных мне перед коронацией.
Об этом я точно не могла позволить себе вспоминать. Мой взгляд медленно скользнул туда, где на сиденье развалился Эш.