— Ласания была на грани войны более нескольких раз, обычно с Островами Водина, но были и другие королевства, которые думали использовать нас в своих целях, когда Гниль начала распространяться, — сказала я. — Даже если не участвовала в спорах между моей матерью и королем, я всегда знала, когда мы снова были на краю пропасти. Армии усиливали свои тренировки, проводились призывы тех, кто достиг совершеннолетия, и все делалось для того, чтобы солдаты были так же хорошо накормлены, как и дворяне.
— Но твое королевство никогда не вступало в войну.
— К счастью, не при моей жизни, — треск сухих веток привлек мое внимание к лесу. Я застыла, увидев большого дракена цвета оникса, скользящего над мертвыми деревьями.
— Итон, — заметил Никтос. — Должно быть, он был неподалеку и видел, как мы уходили. Он просто присматривает за нами.
Я кивнула, расслабляясь.
— Бывали случаи, когда Первозданные ссорились из— за того или иного случая, — продолжил Никтос. — В конце концов, они оставались, в то время как тысячи умирали. И все потому, что один чувствовал себя обиженным. Но эти стычки никогда не были войнами. Если бы я начал войну с Колисом, это была бы война Первозданных, и она перекинулась бы в царство смертных. Погибли бы сотни тысяч, если не больше.
Моя кожа похолодела.
— Но потом я нашел тебя.
Я откинула голову назад, чтобы посмотреть на него.
— Ты не нашел меня. Твой отец по сути… отдал меня тебе.
— Это одна из точек зрения на это, — Никтос переместился, его рука крепко обхватила мою талию, притягивая мою спину к своей груди. Я повернулась лицом вперед, не зная, осознает ли он этот поступок. — До того момента, как я узнал, что ты носишь в себе угольки, я не надеялся избежать такой войны. Она казалась неизбежной. Не только из— за того, что Колис натворил в Царстве Теней, но и потому, что в конце концов он обратит свой взор на царство смертных. Уже обратил.
Мой затылок покалывало, когда мы, наконец, проехали Вал и вдоль дороги выросло море нетронутых, багровых деревьев.
— Колис считает, что все смертные должны служить Первозданным и богам. Что их жизнь должна быть посвящена удовлетворению прихотей тех, кто более развит, чем они, — продолжил он, и мой желудок сжался. — Те, кто не поклоняется Первозданным с преданностью и уважением, должны быть наказаны. Он уже приказал Первозданным и богам наказывать смертных более сурово, даже за самые простые проступки. Возможно, ты еще не видела, как это происходит в твоем королевстве, или просто не знала, но в других местах даже нежелание поклониться статуе Первозданного может караться смертью.
Я вздрогнула от шока.
— Хотя мне не очень нравится идея посеять хаос, к которому приведет война между Первозданными, война казалась, как я уже сказал, неизбежна.
— До нас? — тяжесть осела у меня на груди, и я заставила себя сделать глубокий, ровный вдох. — Твой план. Ты думаешь, он позволит избежать войны, если сработает?
— Мой план сработает, — поправил он. — Как только я получу угольки, Колис лишится своей силы Царя Богов. Это само по себе ослабит его, но этого может быть недостаточно, чтобы его убить. Он не падет так просто. Он будет сражаться.
— А другие Первозданные? — теперь я могла видеть разрушения, которые дракен оставил после себя в Красном Лесу. Пустые места там, где когда— то деревья поднимались к небу. — Что они будут делать?
— Некоторые, возможно, предпочтут остаться в стороне.
Мои губы оттопырились.
— Это чушь собачья.
Никтос усмехнулся над моим ругательством.
— Это так, но у Колиса будут свои преданные. Не только боги, но и Дворы, которые могли править практически без порядка, делать все, что хотят, с кем хотят, с единственной заботой — избежать гнева Колиса. Первозданные, которые наслаждаются тем, что есть сейчас, и не хотели бы вернуться к тому, что было, когда правил мой отец.
— И как же правил твой отец?
— Это было до меня. Но из того, что я знаю, это было справедливо. Он был не без недостатков, но не допустил бы того, что происходит в Далосе.
Честно говоря, разве имело значение, как правил его отец, если только это не было так, как правил Колис?
— Но найдутся ли Первозданные, которые будут бороться против него? Кто поможет?
— У меня есть свои сторонники. Ни у кого нет таких армий, как у меня или Колиса, но лишение Колиса титула Царя Богов и ослабление его как истинного Первозданного Жизни может быть достаточно, чтобы заставить других отказаться от него, — сказал он. — От того, сколько Первозданных будет задето, будет зависеть количество разрушений.
Я крепче сжала рукоять.
— Так много возможностей. Нет никаких гарантий, что план достаточно ослабит Колиса или заставит других Первозданных отказаться от него.