— Черт, — произнес Эктор.
Я поддержала эту эмоцию, оглянувшись через плечо на Никтоса.
— Ты знал, что он может это сделать?
— Получение разрешения Царя Богов было традицией во времена правления моего отца. — Никтос откинулся в кресле, оставив между нами немного больше пространства. — Первозданные и боги искали его одобрения перед коронацией, надеясь, что он даст свое благословение. Но Колис не сделал этого ни разу. И он никогда не проявлял интереса к этому. — Мышцы на челюсти Никтоса напряглись. — Но я должен был ожидать этого — что он выкинет подобное дерьмо.
В конце концов, ты его любимец.
— Он использует это как шанс узнать, каким образом здесь почувствовались угли жизни, — сказал Нектас. — Держу пари, он предложит их в обмен на свое разрешение.
Янтарный взгляд Эктора переместился с меня на Нектаса.
— Ты не можешь позволить ему узнать правду.
— Ни хрена подобного, — ответил Никтос.
— Но что ты скажешь ему в таком случае? — едва закончив вопрос, я все поняла. — Аттез сказал, что ни он, ни другие Первозданные не забыли, кем был твой отцец или кем ты должен был стать. Колис может думать, что это ты.
— Это гораздо лучше, чем если бы он думал, что это ты, — возразил он.
Я уставилась на него.
— Нет, это не так.
— Колис узнает, что это не Эш, — перебил Нектас. — Он уже достаточно испытал Эша, чтобы понять, что в нем нет и уголька жизни.
— Испытал…? — я запнулась, вспомнив чернила, клубящиеся на коже Нектаса. Я знала, когда Эктор отвернулся и провел рукой по волосам. Я знала, даже не спрашивая. Некоторые из этих капель представляли тех, кого Колис убил, чтобы проверить, сможет ли Никтос вернуть их к жизни.
Боги.
Никтос остался позади меня, и я надеялась, что не проецирую, и что он не читает меня. Я не думала, что он оценит ту печаль, которую я испытывала к нему.
Наконец Никтос заговорил.
— Я солгу. Я скажу ему, что почувствовал это, искал источник, но не нашел его.
— Он поверит в это? — спросила я, оглядываясь на него.
— Мне приходилось убеждать Колиса во многих вещах, — сказал он мне. — Я убежу его в этом, когда он объявит о своем вызове — когда он будет чертовски хорош и готов. Что…
— Представляет много проблем, — закончил Нектас.
Это было преуменьшением.
— Хотите верьте, хотите нет, но вмешательство Колиса — не единственная проблема, с которой мы сейчас столкнулись, — сказал Никтос. — Не после того, как Аттез встретил Серу.
Я повернулась к нему, нахмурившись.
— Сомневаюсь, что Аттез считает меня чем — то большим, чем болтливой парой грудей.
Эктор хмыкнул.
Глаза Никтоса вспыхнули гневом.
— Он провоцировал тебя.
Я нахмурилась.