Я была такой лгуньей.
Его глаза встретились с моими.
— Я должен был вести себя так.
Я сразу поняла, что он говорит о том, как вел себя перед Аттезом. Были гораздо более важные вещи для обсуждения, но я спросила:
— Правда?
— Аттезом движут три потребности — мир, война и трах.
— Именно в таком порядке?
Появился след улыбки.
— В любом порядке. Если б он хотя бы догадывался, что между нами нет притяжения, он бы заинтересовался тобой больше, чем уже заинтересовался.
— Больше? Не понимаю, почему ты решила, что он вообще заинтересован.
— Ты угрожала заставить его сожрать свои глаза.
— Именно. Если это его заинтересовало, это немного странно.
— Ты ударила меня ножом в грудь. — Никтос наклонил голову. — И угрожала выцарапать мне глаза. Это не отбило мой интерес в то время. Что это говорит обо мне?
— Хороший вопрос, — пробормотала я, не пропуская тогдашнюю часть этого заявления. — Но ты начал всю эту историю с удалением глаз.
— Я не хотел, чтобы Аттез думал, что кто — то из нас будет приветствовать его действия в соответствии с его интересами.
Мои глаза сузились на него.
— Я не думаю, что тебе стоит беспокоиться о том, что я буду приветствовать это.
— Правда? Разве за несколько минут до его прибытия ты не говорила, что готова искать других для удовлетворения своих потребностей?
Я вытаращилась на него.
— Это не то, что я сказала!
— Вообще — то, я уверен, это именно то, что ты сказала.
— Это было не… — оборвала я себя. — Ладно. Теперь я раздражена. Надеюсь, ты контролируешь свой гнев, потому что если ты меня не отпустишь, я, скорее всего, ударю тебя.
— Мне придется рискнуть, — ответил он. — Потому что нам нужно поговорить о том дерьме, которое устроил Колис, и есть большая вероятность, что я не останусь спокойным.
— Какое это имеет отношение к тому, что я останусь у тебя на коленях?
— Если потеряет самообладание, он может навредить тебе.
Я повернула голову в сторону распахнутых дверей. Нектас стоял там, и он был не один. Рядом с ним стоял Эктор. Я не хотела даже думать о том, как долго они там стояли.
— А когда ты так близко к нему, — продолжал Нектас, — Он не станет рисковать.
Я открыла рот, но не знала, что на это ответить. Вообще. Поэтому ничего не сказала. Никто ничего не сказал.
— Мы только что столкнулись с Аттезом, — сказал Эктор, нарушая неловкое молчание. — Полагаю, то, что он сказал, правда. Колис требует, чтобы ты попросил его разрешения?
— Да, — подтвердил Никтос, его предплечье напряглось под моими пальцами. Вспомнив его реакцию в военном зале, я отдернула руку.