— Тебе лучше сделать так, чтобы это простиралось так далеко, как только возможно, — мягко приказал он.
— А если я не смогу?
— То, что я сделал с теми богами в тронном зале, меркнет по сравнению с тем, что я сделаю с тем, кто удовлетворит твои потребности.
Меня пронзил толчок удивления, за которым быстро последовала извращенная доза удовольствия от его угрозы, вызванной ревностью. Злость, однако, была прямо за ней. У меня не было намерения удовлетворять свои потребности с кем бы то ни было. Но то, что он требовал, выходило за рамки высокомерия, когда он утверждал, что не хочет от меня ничего подобного.
— Позволь мне сделать одну вещь совершенно ясной для тебя, Никтос. Если ты хочешь, чтобы я была твоей Супругой только по титулу, тогда ты не имеешь права решать, что я делаю и с кем, с этого момента и до моего последнего вздоха — когда бы это ни случилось.
— Если? Ты говоришь так, будто есть другой вариант.
Мой пульс участился.
— Потому что он есть.
— И какой же? — его голова сдвинулась, и его губы коснулись уголка моих.
— Мы удовлетворяем потребности друг друга. — Я была немного удивлена, когда произнесла эти слова, но они были именно тем, о чем я думала раньше. — Не нужно хрупкое доверие, и даже не обязательно нравиться кому — то, когда есть влечение.
Его пальцы запутались в моих волосах.
— Ты мне не противна, Сера.
Нежелательная эмоция захлестнула меня в груди, выбивая из колеи и заставляя нервничать. Я попыталась отстраниться от него, но он не дал этого сделать.
— Нет причин лгать. Я знаю, в каких отношениях мы находимся друг с другом. Я не предлагаю себя за те скудные ласки, которые ты или кто — либо другой может дать.
В его челюсти дрогнул мускул.
— Тогда ради чего ты предлагаешь себя?
— Удовольствие.
В его глазах заблестели сполохи эфира.
— И это все?
— Почему должно быть что — то еще, когда это то, чего я хочу? — сказала я, и это была правда. Возможно, за этим стояло что — то еще, но я знала, что лучше не лезть в это слишком глубоко. — В любом случае, я не буду играть в игру «я не хочу тебя, но никто другой не может тебя иметь». Ни с тобой, ни с кем бы то ни было.
— Больше никого нет, Сера. — Его рука приземлилась на центр моей спины, заставив меня подпрыгнуть.
— Только если есть ты, — сказала я, полностью осознавая, что не планировала удовлетворять свои потребности ни с кем другим ни в данный момент, ни в обозримом будущем. Не потому, что он что — то сказал, а потому, что это просто не привлекало меня.
Но ему не нужно было этого знать.
— Значит, это сделка. Между нами. А не между твоим отцом и каким — то моим предком.
Его глаза вспыхнули, эфир просочился в вены прямо под ними, когда его рот снова оказался в нескольких сантиметрах от моего.
— Удовольствие ради удовольствия?
— Да, — прошептала я, чувствуя странное тепло в груди.
— Ты такая безрассудная. — Его рука скользнула с моей спины на бедро, оставляя за собой дрожь. — У тебя с собой кинжал?
Мои брови сжались от неожиданного вопроса.
— Да?