Спустя мгновение мои слова подтвердились. Тела павших Жаждущих тушили пламя, из-за чего в огненной линии начали появляться бреши. Горстка монстров прорвалась, огонь цеплялся за их лохмотья. С ними проблем не будет — не с их высохшей кожей. Но бреши расширялись, и из тумана выходило всё больше Жаждущих, не тронутых огнем.
— Пли! — скомандовал Киран.
Атлантийские солдаты с арбалетами вышли вперед гвардейцев. Твердо сжимая рукояти, они прицелились — болты уже были на тетиве. Они выстрелили, перезаряжая оружие гораздо быстрее, чем это возможно с обычным луком. Залп стрел достиг Жаждущих, скашивая их; кровавый камень с легкостью разрывал плоть и кости.
Но неважно, насколько они были быстры. При всем их разложившемся мозге и неуклюжести, Жаждущие были чертовски стремительны. Волна достигла подножия Бастиона за считанные секунды.
Бездействие заставляло мою кожу зудеть.
— Ты был прав, Киран.
Он резко повернул голову ко мне, между его бровями пролегла складка.
— Часть меня не хочет портить момент твоего признания моей правоты вопросом «в чем именно я был прав?».
— Ты был прав, когда сказал, что раньше я верил: то, что ты можешь, не значит, что ты должен. — Убрав руки с парапета, я потянулся назад и накинул капюшон. — Но это было ДО.
— Черт. — Киран рванулся ко мне. — Не делай этого.
— Чего именно? — я поправил капюшон.
— Какой бы безумной хрени ты ни задумал, — прошипел он. — Мы можем их сдержать.
— Возможно. — Я запрыгнул на выступ парапета и развернулся к ним лицом, стоя на самом краю. Быстрый взгляд на Аттеса — тот наблюдал с ироничной усмешкой.
Киран выглядел так, будто хотел меня придушить, и я знал почему. Он волновался. Не за меня, а за то, что я собирался сделать. За то, ЧТО я собирался выпустить на волю.
А я определенно собирался кое-что выпустить.
— Я всё контролирую, — сказал я ему под пронзительный крик Жаждущего.
— Да неужели? — голос Аттеса был сухим, как Пустоши.
Я не ответил и выпрямился.
Киран шагнул вперед.
— Ты напугаешь смертных и свой народ.
— Пусть боятся.
— Кас—
Поймав взгляд Кирана, я почувствовал, как уголок моих губ ползет вверх.
— Не смей, — отрезал он. — Клянусь богами, не смей—
Раскинув руки, я позволил себе упасть назад.
— Ах ты идиот, сукин ты сын! — Киран бросился к краю, вцепившись в парапет. — Прекратить огонь! Прекратить огонь!
Ночь потянулась ко мне, поглощая, пока я падал во тьму. В потребность.
Уже выпущенная стрела со свистом пролетела мимо моей головы. Ветер завывал вокруг. Резкая боль прошила бедро — болт нашел цель. Я приветствовал эту жгучую боль, вбирая её в себя, позволяя ей питать сущность и кипящую нужду. Гул перешел в мою кровь, когда я перегруппировался и приземлился на корточки прямо позади орды. Я почти не почувствовал удара — тени разошлись из-под моих сапог, как прилив. Встав, я схватился за древко стрелы, вырвал её и отшвырнул в сторону, чувствуя, как Киран коснулся моего сознания. Ублюдок давил. Он становился лучше, сильнее, и на этот раз он взломал щит. Он пробился.
Ты мог просто шагнуть через тень, придурок.
Мог бы, — послал я в ответ и закрылся прежде, чем он успел отреагировать, запечатывая трещины.