Спина Кирана окаменела, его рука сжалась на рукояти меча.
Тени клубились вокруг меня, пока я осматривал укрепления. Бело-золотые доспехи атлантийских солдат резко выделялись на фоне черной формы гвардейцев Бастиона, которые ждали в закругленном парапете, натянув тетивы луков. Два генерала Королевской гвардии стояли неподалеку в другом каменном гнезде: светловолосый Элементаль Айлард и чейнджлинг Мурин. Переговариваясь между собой, они не сводили глаз с тумана внизу. Моё внимание вернулось к Кирану, когда раздались команды.
Он замер, и прямая линия его спины выдавала холод, который, я знал, прижался к нему сзади. Он медленно обернулся; ярко-синие глаза остановились на том месте, где ночная тьма была гуще всего. Его челюсть напряглась.
Аттес напрягся, а затем резко развернулся.
Богу-Первородному потребовалось на долю секунды больше, чем Кирану, чтобы найти меня.
— Как мило, что ты присоединился к нам.
Смех, пропитанный тенями, сорвался с моих губ, застилая воздух, словно дым, оседающий на камнях.
Оба генерала замолчали. Мурин обернулся первым, его глаза цвета морского стекла расширились. Айлард, придурок, отступил назад, врезавшись в стену парапета; в лунном свете он был бледен.
Я позволил плащу ночи опасть, делая шаг вперед и пугая двух стражей, спускавшихся по стене. Один выронил колчан, и стрелы с наконечниками из кровавого камня раскатились по камням. Другой коротко вскрикнул. Я приподнял бровь, глядя, как первый страж поспешно собирает рассыпавшиеся снаряды.
— Это было обязательно? — потребовал Киран.
Переведя взгляд на него, я не пропустил тень облегчения, разгладившую складки у его рта, когда он увидел, что нужды в капюшоне нет. Я выглядел как обычно.
— Что именно? — парировал я, игнорируя его красноречивый взгляд, и подошел к стене.
Посмотрев вниз, я увидел Жаждущих, сраженных стрелами и разбросанных у подножия Бастиона; их тела громоздились друг на друге. Мой взгляд поднялся выше, за траншеи, туда, где наползал туман, уже скрывший южные окраины Кровавого Леса. Внутри тумана двигались искаженные тени.
— Кас.
Я повернул голову к Кирану и приподнял брови.
Его взгляд скользнул к моим губам и поднялся выше.
— У тебя кровь на губах.
— Кровь, пахнущая богом, — заметил Аттес, скрестив руки на груди.
Я провел языком по нижней губе. Звук его вздоха заставил уголки моего рта дернуться.
Киран снова повернулся к туману.
— Полагаю, у тебя был еще один гость.
— Был.
— Видимо, теперь мы знаем, почему у Бастиона собралась орда Жаждущих, — прокомментировал он.
— Видимо, — пробормотал я, сканируя туман.
— Тебе удалось что-нибудь узнать у этого гостя? — спросил Аттес. — Или ты снова потерял терпение?
— Я был терпелив. — Мысль о насмешках богини послала импульс ледяного этера сквозь меня. — Пока не перестал им быть. — Я положил руки на край парапета, чувствуя, как Мурин приближается. — Ничего нового я не узнал.
— Ваше Величество. — Он слегка поклонился. Когда я ничего не ответил, он откашлялся, обращаясь к Аттесу и Кирану. — Мы знаем, что привело Жаждущих сюда?
— Колис, — ответил Аттес.
Сущность вспыхнула сильнее, когда я услышал, как Айлард сглотнул, и почувствовал, как участилось его сердцебиение.
— Он здесь? — спросил Айлард ровным голосом, несмотря на колотящееся сердце.