Агент Их Величеств, часть третья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мерлин взмахнул рукой, и его плащ сам по себе перелетел через комнату, устало приземлившись на импровизированную вешалку из оленьих рогов. Щелчок пальцев – и на шее у Зигфрида-Медичи появилась белоснежная салфетка, а на столешницу перед колдуном невесть откуда шлёпнулись нож с вилкой.

Штрек приподнял бровь и усмехнулся.

– Мда-с, не лыком вы шиты, господа! Хотя это и так видно, чего уж... А, значицца, к разговорам надлежит подготовиться обстоятельно...

Замелькали девичьи руки, затарахтела глиняная посуда, и на столе во мгновенье ока организовалось огромное блюдо с жареными карасями и кувшин с пивом. Кувшин шириной не уступал следовательской талии, но внимание гостей поглотила, всё же, рыба.

– Это что, простите, такое? – брови Артура вскарабкались на лоб и совершили попытку подняться ещё выше. – Караси? Это какой-то гибрид с сомом или касаткой? Да в них две моих ладони!

– Страшно представить, – Сальдо шумно вгрызся в хрустящую корочку, – где фы такиф... такиф фыбин... а, беф фазницы... М-м-м-м-м!

– Мне таких карасей едать доводилось. – Фигаро с улыбкой отломил глазастую башку рыбины и степенно принялся разбирать широкое тело на куски. – Может, и не таких здоровенных, но близко к этому. Водяной?

– Ну а как же! – Староста всплеснул руками. – Около воды жить – с водяным дедкой знаться, тут уж как повелось. Наш-то водяной незлобливый: мы ему шанежек, водки, каравай, понятно, в полынью – всё как положено. И не топнет никто, и рыбу вон какую в сети гонит – загляденье, а не водяник! А в Изжорице, что, значицца, под Верхним Тудымом, там хозяин реки – ух! Кровь ему подавай: зайца на берегу заколоть извольте, лося, кабана, а то и порося приведи. И русалки встречаются в тех краях, и потопца, говорят, осенью видели – о как. У нас-то не, у нас тишь да гладь. Даже вытащить за патлы может наш водяник, если какой углан в воду полезет плавать не умеючи... Так, а теперь пиво, господа. Ну, на выдох, чтоб пыль чуток прибить!

Следователь с ухмылкой погрузил нос в шапку пены, сделал добрый глоток... и застыл.

Нет, пиво было вполне себе: холодное, плотное, душистое, с ощутимой копчёной ноткой в солоде – как раз в пору для позднего зимнего вечера. В отношении вкусовых качеств к пиву претензий у Фигаро не было.

Но оно было... крепким.

Не хмельным, а именно что крепким: следователь точно хлебнул перцовки. По горлу растекалось ледяное пламя, и было видно, что Артур с Сальдо тоже оценили вкусовые качества напитка – алхимик даже закашлялся.

– Что, пробирает? – Староста ухмыльнулся. – Ну а как ещё пиво зимой-то содержать? В бочонок, а чтобы не скисало, мы туда водки льём. В этот раз ещё ничего, а вот, помню, в позапрошлом году лишку хватили... Да вы пейте господа, пейте. Оно-то, конечно, по ногам здорово шибает, ну так и мы сегодня никуда не собираемся, так?

Фигаро икнул, тихо выругался, и злобно посмотрел на деревянную кружку. Не успели они приехать в Вязь, как им тут же принесли полный кувшин самого настоящего «ерша». Не то чтобы следователь боялся застолий, но сейчас в его душе зародилось дурное предчувствие.

Он безнадёжно махнул рукой, в три глотка осушил кружку досуха, и навалился на карасей. Желудок срочно требовалось чем-нибудь нагрузить; в противном случае вся эта затея с поиском цветущего папоротника, вероятнее всего, тут бы и закончилась.

Фигаро, в общем, понимал Штрека: в таких местах, как Вязь пьянство не приветствовалось; пьяницу могли даже выгнать из деревни. Забулдыга – беда хуже дурного домового: и положиться на него нельзя, и с порученьем не отправить, и хозяйство своё запустит, а ещё и чужое попортит. Пьяницы в маленьких деревеньках просто не выживали. Гулянки в Вязи устраивали только по особым поводам, и староста рад был нежданным гостям: зимней порой нет ничего лучше, чем добрая пирушка, особенно в небольшой компании приезжих, которые наверняка могут рассказать много всяких диковинок. Ведь вряд ли в Вязь доставляют газеты, подумал Фигаро.

Он ошибся: газеты в Вязи водились. Эта бумажная зараза не обошла стороной даже такую глушь (прессу, понятно, таскали из города) и разговор с неизбежной обречённостью сполз на политику.

Вот только «Дребезги» и «Паровой Вестник» доходили сюда с приличным опозданием, поэтому Фигаро и компания были вынуждены заново причащаться тех даров столичных бумагомарак, которые уже были обглоданы до косточек, обруганы на кухнях и благополучно забыты.

Зато староста оказался человеком неожиданно гибкого ума: его взгляд на статьи из политических колонок отличался недюжинной свежестью и радикальной остротой.

– Вот вы говорите, – Штрек со вкусом прихлёбывал пиво, разбирая на запчасти третьего по счёту карася, – слабо, мол, Королевство кусается, господин Артур. В политическом, значит, смысле. И тут я с вами соглашусь: при Квадриптихе, авось, пожёстче было. Чуть что, так сразу в труху! И, знаете, может оно и правильно в каком-то смысле. Мерлин, авось, не дурак был.

Артур крякнул, и тут же спрятал самодовольную ухмылку в шапке пивной пены.

– Но! – Продолжал витийствовать Штрек. – А давайте вспомним, чего давеча учудил Его Величество Тузик – да пребудет мощь в его чреслах и помыслах! – с этими прощелыгами из Лифляндского Протектората? Там у них, значит, есть министр... не помню, если честно, министр чего, но по фамилии Зябликаус. И есть ещё министр по обороне – Каменайтис. Так вот они удумали штуку: выкопать, понимаешь, на границе с Королевством огромный ров и заполнить его водой с крокодилами. Кто-то там пискнул, что крокодилы в тех широтах повыздыхают, да только его быстро в неграждане перевели; у них там строго: свобода мнения, все дела. И говорят своим шефам – ну, тем, из Британских Дистриктов: надо нам под енто дело сто мильйонов фунтов. Британцы, натурально, припухли: за такие деньжищи можно не то что ров выкопать, а всю Лифляндию десять раз разбомбить и наново отстроить. А Тузик это дело послушал-послушал, да и выступил с речью в Лиге Наций: нет, говорит! Дудки! Как вы, господа, ни старайтесь, а не будет вам королевской оккупации! Хватит! Пусть у вас Тузик тиран, пусть Фунтик душитель свободы, хотите – границу совсем закрывайте, но жить будете на свои. А на следующий день завернули на таможне все лифляндские паровозы с рыбой-шпротой, потому как нашли там какую-то то ли палочку, то ли точечку, ну, не суть. В общем, не положено!

Мерлин, всё-таки, не выдержал, и прыснул прямо в кружку, разбрызгивая пиво.

– Ну, – сказал колдун, отсмеявшись и вытирая пену с носа, – а не кажется ли вам, уважаемый господин Штрек, что так оно – шпротами-то – всё равно всяко лучше, чем пушками? Война – крайняя мера. И если напали на тебя, то ты – слепой дурак, а если напал ты – то ты – дурак недальновидный. Слышали про Войну Золотых Ночей?

– М-м-м-м... – Староста задумчиво потёр подбородок, – Это как Квадриптих Второй Халифат заборол?

– О! – Артур посмотрел на Штрека с уважением. – У вас, уважаемый, познания в истории получше чем, вон, у Фигаро. – Да, вы совершенно правы. Когда Халиф Рангу пригрозил Квадриптиху войной, я... кгхм!! ...в смысле, Мерлин Первый ответил ему так: мол, вызов принимаю, да только война у нас с вами будет не такая, как вы думаете: не крестьяне с лесорубами в ней будут погибать, а ваша поганая верхушка, что в парче и золоте на тронах зады греет. И началось: в первую ночь отправились внезапно к праотцам сыновья и дочери всех визирей и министров. На вторую ночь: сами визири и министры. А на третью ночь грохнули халифа, причём его же собственный сын, который, понимая к чему дело идёт и не желая случайно помереть от яда в своём супе поспешил заключить с Квадриптихом вечный мир на все времена. Который, кстати до сих пор действует, по крайней мере, на бумаге.

– Так-то оно так, – Староста почесал в затылке черенком деревянной вилки и вновь наполнил опустевшие кружки, – да только чтобы эдак воевать, нужно ж енти... как их... спецслужбы иметь такие, что ого-го! Шпиёнскую сеть, явки-пароли, всякое такое...

– И вы вновь совершенно правы, уважаемый. – Артур-Зигфрид не без удовольствия опять засунул нос в кружку; похоже, старику местное пиво пришлось по душе. – На это я могу ответить вот что: если раз в месяц стабильно вешать по одному взяточнику, одному растратчику и одному прокурору, то можно сохранить в казне средства на такие спецслужбы, что они вам нужную сволочь хоть с той стороны Луны достанут.

– Святый Эфир, а прокурора-то за что?!

– А для количества.