Агент Их Величеств, часть третья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рядом с въездом на мост – аккуратным дощатым пандусом – торчала из-под снега кое-как сколоченная... следователь даже затруднился дать название этому сооружению: сарай – не сарай, будка – не будка... Домик? До размеров дома строение явно не дотягивало. Скорее, оно напоминало те небольшие транспортёры, которые в королевской армии называли просто «бараками на колёсах»: обитый шпоном деревянный куб с торчавшей из крыши трубой маленькой буржуйки поставленный на колёсную или гусеничную базу.

Гусениц с колёсами у данной конкретной будки не имелось, зато закопчённая жестяная труба наличествовала; из неё тянуло неторопливым сизым дымком и то и дело вылетали искры.

А между импровизированным шлагбаумом и деревянной будкой за столом сидели трое бородатых мужиков.

Стол стоял прямо посреди сугробов, но мужиков это, похоже, нимало не смущало: пузатый самовар в центре стола уютно попыхивал, в чашках дымился некий напиток (вероятнее всего, так называемый «лесной чай» – сушеный сбор целебных трав; обычный чай в этих краях спросом не пользовался), а в руках бородачи держали веера карт и, судя по возбуждённым возгласам, резались в «Скомороха» – упрощённую версию «Короля и Шута»:

– ...в бубу ходи, век воли не видать! Нет у них красненьких, вылетели все...

– ...а скоморох! Вона вам!

– Брешешь, сучий пёс! А ну свети! Открываю твою руку за два козыря! На! Слопал?!

Мужики были не вооружены, но из сугроба неподалёку торчало несколько увесистых дубин с заколоченными в них длинными гвоздями. Фигаро сразу почуял дух ворожбы, которым веяло от импровизированного оружия: когда-то дубины были сучьями расщеплённой молнией осины, на которых позже кто-то умело вырезал «охотничьи засечки» – колдовские знаки. Такими палицами, пожалуй, можно было отогнать и медведя.

Алхимика, однако, вся эта картина ничуть не смутила; Сальдо грузно спрыгнул в сугроб и вразвалочку направился к бородачам, которые, в свою очередь, положили карты на стол, сорвали с голов кургузые шапки и чуть наклонили головы в некоем подобии приветственных поклонов.

Артур, понятное дело, уже выскочил из снегохода; старому склочнику, похоже, было до ужаса любопытно, что именно происходит. Следователь вздохнул, хлопнул дверцей и колобком выкатился вслед за Мерлином.

– ...Агась, агась, господин Сальдо, – дюжий мужик в бобровой шапке что-то шкрябал огрызком карандаша на деревянной дощечке, – значится, по две медяшки с носу... итого шесть медяков, да за технику пятак, но вам по старой памяти скину полную деньгу до десяти медяков. Верно посчитал, али как?

Алхимик, чуть улыбнувшись, кивнул, и, молча достав увесистый кошелёк, принялся отсчитывать мелкую монету. Двое бородачей уже оттаскивали в сторону «шлагбаум» и треноги, освобождая дорогу.

Фигаро хмыкнул. Он, конечно, всякого повидал в глубинке, но взимать плату за проезд через мост было, с точки зрения следователя, чистейшим бандитизмом. Это было равносильно «заявлению на дорогу», когда шайка головорезов требовала «проездные» с плохо защищённого торгового каравана или просто случайных путников, которым не повезло оказаться на застолблённой разбойниками территории.

Но Фигаро не торопился. Провинция – дело тонкое, и далеко не всё там столь очевидно, или вообще то, чем кажется с первого взгляда – это следователь усвоил ещё в отрочестве.

Артур-Зигфрид же, сын короля-звездочёта и колдуньи, ничего такого не усваивал. Колдун родился в более-менее приличном замке, почти два столетия правил тем, что условно можно было назвать «миром», проблемы привык решать быстро и с размахом, и сейчас ему страсть как хотелось узнать, за каким чёртом происходит ограбление честных граждан посреди бела дня.

Сальдо об особенностях характера Мерлина, понятное дело, осведомлён не был, поэтому даже ухом не повёл. То же самое касалось и мужиков, что стерегли мост: те лишь усмехнулись, перемигнувшись, а детина, что со всей тщательностью пересчитывал медяки вручённые ему алхимиком лишь покачал головой и беззлобно хохотнул:

– Вы бы, господин хороший, чего потеплее пальтишка надели бы. А то на дворе мороз, вороны на лету падают, а вы разгуливаете как в сентябре по лужочку. Неровен час, так и дыхалку себе отморозите, или ещё чего.

А вот Фигаро характер Мерлина был известен очень хорошо. Поэтому следователь в ужасе схватился за голову: он понятия не имел, что делать, если колдуну стукнет в башку превратить бородачей в облачка пара.

– Могу я полюбопытствовать, господа, – голос Артура источал мёд и елей, – с какой целью взимается оплата за проезд через мост? И, главное, на каких правовых основаниях? Вы представляете некий департамент дорожного контроля? Или имеете определённое отношение к таможенной службе?

Душа следователя юркнула в пятки: эти интонации он узнал сразу же. Мерлин Первый был не просто зол, а готовился устроить небольшой апокалипсис.

– Ась? – Мужик в бобровой шапке спрятал деньги в карман и недоумённо приподнял бровь. – Плата? Дык это ж мостовые, мил-человек! Вы, я погляжу, совсем не местный.

Бородач хохотнул, и дружески похлопал Мерлина по плечу, да так, что колдун, крякнув, слегка присел.

Фигаро крепко зажмурился, раздумывая, не нырнуть ли ему в ближайший сугроб.

Артур издал странный звук, нечто среднее между шипением и приглушённым рычанием. Глаза колдуна увеличились, минимум, в два раза; похоже, Мерлин был, мягко говоря, шокирован: так с древним колдуном не разговаривали уже давно (если вообще когда-нибудь разговаривали).

До Сальдо же, наконец, допёрло, что ситуация вот-вот выйдет из-под всякого контроля. «Столичный гость» явно нервничал, а о нравах колдунов-магистров ходили легенды, поэтому алхимик решил, что стоит, всё же, вмешаться.

– Сударь, сударь, не переживайте вы так! – Сальдо ужом просочился между бородачом и Артуром и примирительно поднял руки, сделав самое что ни на есть умилительное выражение лица. – Это ни в коем случае не дорожный бандитизм, как вы могли подумать! Это их мост. В смысле, они его построили.

– Вот эти трое? – Мерлин недоверчиво поднял бровь, но, судя по его изменившемуся тону, испепеление мужиков откладывалось на неопределённое время.

– Ну, положим, не мы сами, – бородач поправил шапку и плотнее запахнулся в тяжёлую шубу, когда из оврага вылетел внезапный порыв ледяного ветра, – но деревня наша строила, да. Тут господин Сальдо правду говорит. Вы не думайте, что мы какие-то там лиходеи. – Последовал укоризненный взгляд. – Но человеки-то по мосту ходют? Ходют. На телегах да на паровиках катаются? Катаются. А чинить мост кто будет? Мы? За большое спасибо? Милости прошу, а когда нам, простите, жрать себе промышлять? Вот и берём проходную плату. Ну а ежели кто платить не хочет, то мы не разбойники какие – так пропустим. Ежели, конечно, поймём, что отмутузить не получится, а то... Ух! Но так-то можно и в объезд: через Кручи али через Дремучий Ключ – что так, что эдак двадцать вёрст крюка. Ну а коли летать умеете, так своим ходом давайте.

Мужики загоготали, хлопая себя руками по бокам. Артур нахмурился и до крови прикусил губу. Похоже, до старого колдуна только что допёрло, что он едва не приложил заклятьем совершенно невинных людей, к тому же занимающихся обустройством и без того небогатой инфраструктуры этого медвежьего угла. Мерлин покраснел, как варёный рак и процедил сквозь зубы:

– Понял. Приношу извинения, был неправ. Не разобрался сходу... А мост вы построили в единственном экземпляре? Или ещё есть?