В спальне Стефан на всякий случай нарисовал над порогом знак помехи, чтобы никто не сумел открыть дверь с первой попытки. Потом с ногами забрался на свою кровать, завернулся в звездное покрывало и достал из-за пазухи мельничку.
— Это ведь ты, — уверенно сказал Стефан, оглядывая потемневшие от времени и грязи, но вполне заметные белые следы. — Там, в видении, была ты, просто больше и новее.
Теперь он отчетливо видел пугающие очертания черепа, хотя из-за размера мельничка все равно оставалась почти игрушечной и очень милой. На вопрос она ничего не ответила, только быстрей завращала парусами, вроде бы — растерянно. Вообще, может ли неживое существо уловить видение? Вдруг она в самом деле ничего не понимает?
— Там было про детство Дитера. Про то, как он нашу мельницу создал, а еще про его учителя, — быстро проговорил Стефан, бросив тревожный взгляд на дверь. — То есть ты — мельница его учителя. Это так? Ты поэтому меня нашла?
От мельнички исходило почти осязаемое замешательство, и Стефану вдруг стало ее жалко.
— Это не важно, я все равно постараюсь тебе помочь. Но если ты мне все не расскажешь, я не смогу сообразить, что мне делать. Понимаешь?
Мельничка грустно скрипнула в ответ. Стефан задумчиво почесал бровь.
— Жалко, что ты словами не умеешь... Ладно. Если бы твой маг погиб, ты бы, наверное, тоже разрушилась. Значит, он жив. И вряд ли остался внутри... — Мысль о том, что все это время он мог носить за пазухой крошечного учителя Дитера, казалась совсем уж странной. — Ты что, сбежала от него? Он плохо с тобой обращался?
Мельничка на мгновение перестала вращать парусами, но было ли это «да» или «нет», Стефан не понимал.
Дверная ручка дернулась. Стефан быстро сунул мельничку за пазуху и плотнее запахнулся в покрывало.
— Чего надо?
— Дурацкая дверь, — в спальню наконец ввалился Марко с двумя дымящимися чашками. — Ты как, мелкий? Я тебе чай принес.
В комнате тут же запахло паром и травами. Чай, конечно, сделала сама мельница, а Марко только попросил ее да вот принес чашки. Но все равно... в приюте никто не таскал Стефану чай: что он, безногий, сам не сходит?
— Спасибо.
Марко протянул ему чашку, Стефан кивнул и взял другую — ту, которую Марко хотел оставить себе.
— Эй, а если я туда плюнул?!
— Прости, я... машинально.
Марко не стал его подкалывать, кивнул. Залез к Стефану на кровать и неуклюже опустил руку ему на плечо. Точнее, попытался опустить: Стефан рванулся в сторону, пролив немного чая на покрывало.
— Ты чего?! Кипяток же!
Стефан сердито пожал плечами. Почему бы Марко просто не уйти куда-нибудь, раз Стефан так странно себя ведет? Оставить его одного, да и все. Или он явился почву прощупывать?
— Ужасная история с этой мельницей, да?
Никуда Марко уходить не собирался. Стефан кивнул.
— Как ты вообще? Мы-то с Эйлертом... Нам Дитер уже давно это рассказывал, а для кого-то такого зеленого это, наверное, как будто землю из-под ног выбили?
Он пытается подловить Стефана, что ли? Ждет, когда он скажет: «Да вы сами только что все узнали, прекращай врать, я подслушивал»?
Не дождется.
— Почему ты ко мне подлизываешься?
Секунду Марко смотрел на Стефана так, словно тот его ударил или украл что-то: брови взлетели вверх, а глаза стали большими-большими. Потом хохотнул. Небольно стукнул кулаком в плечо.
— Потому что не хватало мне еще, чтобы ты тут в штанишки наложил от страха. Или спрятался под кровать и выходить отказался, или еще чего. Нам каждый маг будет нужен, а ты неплохо справляешься, хотя и дурак. Или ты на глупости и колдуешь, а?
Он расхохотался уже громче и пихнул Стефана еще раз.
— Глупость не эмоция, — буркнул Стефан. — А успокаивать ты вообще не умеешь, потому что сам боишься.