Алтарь был увит красными и золотыми розами; бутоны, точно застывшее пламя, оплетали колонны. Пол вели огненные ряды свечей, и весь храм дышал приглушённым жаром.
«Дыши», — прочитала она по губам брата.
Мэл выдохнула. И — Эш встретил её взгляд.
Его глаза расширились. Она увидела, как расширились зрачки, как напряглась челюсть — миг, когда он по-настоящему её увидел.
Золотой принц. Рождённый огнём воин.
Сиял весь — волосы, кожа, доспех, даже глаза. Будто сами боги включили над ним своё солнце, чтоб она видела его даже во тьме.
Ноги сами знали ступени, и вот она стоит перед ним. Эш приподнял вуаль — их глаза по-настоящему встретились. Словно впервые. Голос жреца звенел в воздухе, как далёкие колокольчики, но Мэл не могла заставить себя слушать. Мир сузился до мужчины напротив, до тяжести неизбежности, навалившейся на грудь.
Рука — его рука — нашла её. Тёплая, уверенная, охватила её дрожащие пальцы. На её палец легло кольцо — золото, как пламя, породившее его королевство. Жест. Знак.
Содрогнувшись незамеченным вдохом, Мэл подняла свои непослушные руки, кончики пальцев коснулись холодного металла его кольца. Миг растянулся тонкой нитью — хрупкой и несокрушимой разом — и она надела ему кольцо, металл на мгновение зацепился за кожу, затем лёг на место.
Скреплено.
Запечатано.
Предрешено.
Гул одобрения вернул звуки в уши Мэл.
— Теперь вам надлежит запечатать брак «поцелуем пламени», — возгласил жрец.
Глаза Мэл расширились, тревога вспыхнула.
— Это всего лишь поцелуй, — шепнул жрец, заметив её испуг. — Никакого настоящего огня.
Сердце Мэл упало.
Поцелуй.
Дыхание сбилось — корсет стянулся, сминая рёбра. Жар в храме пополз выше.
Рука Эша вновь нашла её. И как-то мир выровнялся.
— Эш…
Он поцеловал, и мир воспламенился. Кожа зажглась, дыхание сорвалось, мысли ушли в огонь. Когда он отстранился, Мэл едва могла думать.
— Мне нечем дышать, — выдохнула она.
Эш тихо рассмеялся.
Взгляд Мэл поплыл.
— Нет, правда. Мне нечем…
И Мэл упала в обморок.
Глава 27
Драконийцы страшно горды. Недавно я встретила принцессу Этни, когда ездила с Советом в Королевство Огня. Получился ряд неловких встреч: драконийцы хотели говорить только с ворлоками из Совета. Бесит, как мерзко они обходятся со своими женщинами. Принцесса Этни — душка, но она сделает абсолютно всё, что велит отец. Меня пугает, на какие жертвы ради короны она готова. Ходят слухи, будто она уговаривает отца предложить брачный обет между ней и принцем Сорином из Королевства Света. Все этого и ждут, конечно. Эти королевства веками женятся друг на друге, когда нужна лига или им что-то нужно. Но мне отчего-то кажется, её отец не горит желанием выдавать единственную дочь за фениксийского принца. В этом нет смысла. Сейчас ему от них ничего не нужно.
Табита Вистерия