— Где Вера? — спросила Мэл, резанув голосом.
— Её свалил недуг, Ваше Высочество, — ответила служанка.
Мэл нахмурилась, но промолчала.
— В день свадьбы морщиться не годится, — поддела её Хейвен, взяв с золотого подноса гнилое яблоко. Даже сейчас, когда двор понемногу привыкал к виверианским обычаям, Мэл заметила, как слуги косились на бурлящие, подпорченные плоды — в их лицах читалось явное отвращение. Хейвен же вгрызлась без тени смущения. — А то кожа скукожится и перекосится.
Мэл только фыркнула, пока ловкие пальцы втирали в кожу головы масла.
— С чего мне заботиться о коже? — проворчала она. — Не верю, что хороший цвет лица удерживает брак.
Хейвен усмехнулась и швырнула огрызок обратно на поднос.
— Любая мелочь помогает, Мэл.
Возможно. Но не тогда, когда жених едва терпит невесту. Не секрет: Эш Ахерон держался на расстоянии. Два дня Мэл видела его лишь в тренировочных двориках, где его единственным собеседником был клинок. Он не искал встреч, не разговаривал, даже взглядом не касался. Не то чтобы она ожидала иного. Может, так и лучше.
— Платье доставлено, Ваше Высочество.
По комнате пробежала лёгкая дрожь. Мэл вышла из ванны; вода стекала с кожи, пока она закутывалась в самый мягкий в мире рушник. Хейвен пошла следом, её обычная озорная улыбка смягчилась почти до нежности.
— Уверена, оно будет прекрасно, — сказала сестра.
Портной — невысокий дракониец с золотыми усами, закрученными, как языки пламени, — выступил вперёд; грудь колесом, он извлёк платье из шёлкового ларя.
У Мэл в животе всё обратилось в лёд.
Платье было красным. Не чёрным.
Красным.
Таким густым, таким сочным оттенком, что оно блестело, словно свежая кровь.
Губы приоткрылись, но слова рождались с задержкой.
— Но оно… красное, — она повернулась к портному; пурпурные глаза сверкнули сталью. — Красное, как кровь.
Лицо мужчины просияло гордостью — он и не подозревал, куда вступил.
— Разумеется, — провозгласил он. — Драконийские невесты всегда в красном. А женихи — в золоте, символ пламени.
Мэл ощетинилась:
— Но я не драконийка.
Кровь отхлынула от лица портного. Он осторожно попятился, будто только сейчас понял, какой шторм навлёк.
Выражение у Хейвен натянулось:
— Наверное, в сообщении случилась ошибка, — предположила она без особой уверенности.
Челюсть Мэл сжалась.
— Я это не надену.
— Мэл… — Хейвен мягко взяла её за руку, голос стал успокаивающим. — Похоже, выбора нет.
— Оно красное, Хейвен. Единственное, чего я просила, — чёрное платье.