Её драконийские рога были короткими — по статусу, цвета приглушённого золота, почти коричневые — не то, что радужные венцы у королевской семьи. Кожа с лёгким узором чешуи, как у всех драконийцев, глаза — точно такие, как у одного трактирщика-драконийца, с которым она когда-то говорила. Но Вера скучала по своим настоящим глазам.
По фиолетовым.
Она уже давно привыкла к маскировке: носила ложь, как шёлк. Она никогда не давала трещин. Никогда. И всё же виверианская принцесса что-то почуяла. Как?
Никогда прежде Вера не встречала другого с фиолетовыми глазами, кто не был ведьмой. По теням расползались слухи — о проклятом ребёнке, рождённом с ведьминскими глазами. Может ли Мэл оказаться одной из таких? Кощунственный союз вивериана и ведьмы? Таких существ не видели больше века. Это невозможно.
И всё же…
Вера ждала всю жизнь — избранную душу, что снимет проклятие, ту, кому суждено спасти их всех. Неужели её немые молитвы, наконец, услышаны?
Большой зал шумел жизнью. Вино текло в золотых кубках, запах драконийских тартов наполнял воздух. Ими подавали первый курс — сладость должна была задержаться на языке и иначе раскрыть вкус мяса дальше. Живот Веры болезненно свело при виде нетронутых подносов, готовых к выносу. Она подавила голод, боль усталых рук и двинулась вперёд, в поток слуг.
И увидела их.
Дом Диких стоял справа — нежданный, нежеланный.
Королевство Фаун когда-то было связано с ведьмами — союз с самой юности мира. Их истории переплетены, как корни древних деревьев. Но когда ведьмы пали, фэйри отвернулись, бросив их погибать. Та рана до сих пор жгла. И поныне ведьмы не понимали, как те, кто были ближе всех, так резко отвернулись. Ведьмы и фэйри всегда иначе смотрели на мир, чем прочие королевства. Они не просто жили в нём — были прикипевшей частью земли, её дыханием и костями. И всё же, когда пришёл час, этой связи оказалось мало, чтобы спасти.
У короля фэйри было пять дочерей, но Вера заметила лишь троих. Старшая — говорили, вскоре станет королевой — стояла, как статуя. Тёмная кожа, волосы белые, как свежий снег. В отличие от драконийцев и вивериан с рогами на висках, у принцессы фэйри росли оленьи рога — величавые, тонкие, высокие, венец дикой природы. У младших — поменьше, скромнее: ранг отпечатывался в самих костях.
Вера метнулась в сторону.
Фэйри чуют магию. Поэтому ведьмы не живут в Королевстве Фаун: их обман там недолговечен. Если принцесса — Флора Хоторн, как её называли, — вглядится пристальней, что она увидит? Как будто услышанная мысль подняла Флоре взгляд; он зацепил Веру странным любопытством. Тяжесть этого взгляда легла ей на плечи, как кандалы. Паника рванулась в груди; она нырнула поглубже в толпу, прочь от лесных созданий.
Магия шевельнулась под кожей, беспокойная, настойчивая. Тянула, как нетерпеливый ребёнок, умоляя выпустить. Она утихомирила её, дёрнув за косу, и перевела взгляд на главный трон в конце зала. Королева Сира сидела прямо, словно высеченная из льда. Одного её взгляда хватало, чтобы заморозить человека на месте. Её платья изящные, но никогда не столь роскошные, как у дочери: продуманный выбор. Королева следила, чтобы все взгляды стекались на принцессу — её наряды были фейерверком вышивки и драгоценностей, причёски — произведениями искусства.
Королева поймала взгляд Веры и едва заметно наклонила голову — движение, которого никто и не заметил бы. Но для Веры оно было кристально ясным.
Королева хотела поговорить.
Вера заслужила место в числе доверенных слуг Сиры, так прочно вплелась в её круг, что теперь каждую неделю её вызывали с докладами. Королева считала её верным шпионом.
Она не понимала одного: «верная осведомительница» на самом деле — ведьма, подсовывающая правду, завернутую в ложь.
Мысль тронула уголки губ Веры хищной улыбкой.
Но улыбка мгновенно погасла.
В воздухе что-то сдвинулось. Присутствие. Взгляд, прожигающий её через зал. Кто-то заметил безмолвный обмен между королевой и служанкой. Кто-то, кто смотрел слишком пристально. Тот, кто мог разрушить всё.
Фиолетовые глаза Мэл Блэкберн сузились, подозрение сверкнуло в них холодным клинком.
Глава 19
Мне не следовало влюбляться в Хэдриана Блэкберна. Он — виверианский принц, которому суждено стать Королём Тьмы. Я — дочь ведьмы из Совета. У нас обоих есть долг перед нашими землями и нашим народом. Ему придётся жениться на принцессе, чтобы укрепить своё королевство в пору, когда никто уже не чувствует себя в безопасности. Я займу место матери в Совете. Мы никогда не сможем быть вместе.
И всё же…
Табита Вистерия
Свадебные торжества должны были растянуться на целую неделю, и каждый день отмечался новым мероприятием для развлечения знатных гостей. Но среди всех празднеств больше всего ждали, разумеется, Битву Чемпионов. В этом состязании невеста и жених выбирали по одному бойцу, чтобы те сражались от их имени — символическая демонстрация силы их Домов. Обычно это была лишь формальность на удачу, но в этот раз всё значило куда больше: два Дома вставали друг против друга, и победитель докажет, чья кровь на самом деле сильнее.
Сегодня же был первый шаг в этом замысловатом танце власти и союза — официальное представление обручённых, дающее старт всем торжествам.
На Мэл водрузили один из самых роскошных её нарядов — каскад чёрной ткани, такой многослойный и лёгкий, что платье двигалось, словно грозовая туча, вздымаясь и перетекая с каждым её вдохом.
— Перестань тянуть подол, — шикнула Хэйвен, становясь рядом.