Йен осторожно, кончиками пальцев прикоснулся к украшению — память не всколыхнулась, ничего не подсказала:
— Сокровищница Лесного короля?
— Догадливый.
— Аирн приносил?
— Он. Он… На прошлой неделе аккурат в среду. Я честно купил. Десять диней отдал. Если нужен… Я его придержу для тебя, эль фаоль.
— Не надо, — махнул рукой Йен — память молчала, а значит и неважно. Вчера он не стал из-за праздника выговаривать Вэлу за то, что тот оплатил расходы на дом и содержание воздушников, а оказалось, что и не Вэл, возможно, сделал это. — До свидания, Тотти.
— До свидания, эль фаоль. Держи голову крепко — Аирн та еще свиристелка, не получится из него принца. Не получится. Ты же иное дело.
Йен улыбнулся и пошел прочь.
Обиженный Аирн нашелся на заднем сиденье магомобиля — все же воздушника, когда он того хочет, никто и не обнаружит, как не заметил охранник Тотти.
— Я не свиристелка. И деньги мои. Из моей сокровищницы. Твои сокровища я не трогал никогда.
Йен сел рядом с Аирном:
— Стилл, в Совет, пожалуйста… И… — он прямо посмотрел в зеленые, явно обиженные глаза друга. — Я верю тебе. Только одного понять не могу — почему… — он замолчал, поняв, что не ответит ему Аирн.
— Почему молчал до этого? Или почему раньше не помогал? Так… Весело было. Хоть и голодно. Но весело, а вот продавать вещи королевские, которые еще помнят завистливые лары, было опасно. Оно и сейчас опасно, если честно, но жрут двести воздушников всяко больше, чем мы с тобой. Вот так вот… А от Шейла, я думаю, ты зависеть особо не хочешь.
Магомобиль понесся в сторону правобережья.
Глава 38 Взрыв
Охрана на входе доложила Йену, что его ожидает Маккей. Срочно. Как можно более срочно. И Йену пришлось подниматься в кабинет Маккея, подозревая, что вся затея с женитьбой на принцессе его рук дело, только пока еще рано бунтовать — ему надо разобраться с погибшими во время ментоскопии Мейсонами, да с Ловчим. Пока бунтовать никак нельзя. Позже.
В кабинете привычно пахло гарью — Маккей был не в духе. Он сидел огромной каменной глыбой за своим столом и, кажется, дерево столешницы чуть дымилось.
— Доброе утро, лар Маккей.
— Доброе! Где тебя носит? Твои мальчики скоро на стену полезут от ожидания. А Шейл присоединится к ним, потому как снова где его эльфы задери носят?! И садись уже!
Йен спокойно сказал, опускаясь на стул:
— Шейл занят — расследованием. При мне охрана есть.
— И кто же, позволь узнать?
— Забияка.
— О, из него охрана…
Йен его оборвал:
— Лучшая на свете. Его даже Дюпон-Леру боялся.
— Ну-ну, щенок, учти одно — я не Дюпон-Леру… — Маккей выдвинул один из ящиков стола и достал оттуда широкий, знакомый Йену браслет. — Держи, твое. Инструкция прилагается. Не поймешь — спросишь своих мальчиков, тех, кого не прибьешь.
Йен взял в руку механит. Он оказался неожиданно тяжелый и холодный.
— Обычно его носят на левой руке, чтобы правой было удобно управлять, но…
Взгляд Маккея замер на правой руке Йена, вместо поддерживающей повязки засунутой в карман брюк — так было меньше заметно, что он калека.