— Да, пожалуй… Меня все удивляет, почему я не повторил судьбу Алана…
— Я его не… — взвился Вэл от неожиданности — даже жаром пахнуло во все стороны.
— …не убивал, я знаю! — спешно добавил Йен. — Я о том, что таким, как я, положено в морду давать. И твоя драка с Аланом тому подтверждение. И убийство Кайо тоже…
Вэл поморщился, как от зубной боли:
— Фей, прекрати… Даже в мыслях не было такого… Нет, не буду врать — было, когда ты до похищения к Аликс подкатывал. Тогда — хотелось. А сейчас я тебя знаю, очень хорошо знаю и…
Он замолчал, и Йен сам добавил:
— Битым мне не быть.
— Точно. — Вэл встал. — Давай лучше делом займемся. Тут хранятся дедовы дневники — он долгое время изучал Ловчего.
Йен качнул головой:
— И ты молчал?
Вэл ничего не ответил — он подошел к одной из книжных полок, и та послушно отъехала в сторону, подчиняясь магии. За полками прятался сейф, который Вэл спешно открыл:
— Дневники должны быть тут… — Он принялся доставать толстые, в твердом переплете тетради одну за одной в протянутую руку Йена, пока не нашел нужную. — Вроде… Этот дневник. Только не знаю, уж чем он поможет. Про то, как дед загонял в склеп Ловчего и зачем он это сделал, в дневниках точно ни слова — я их перечитывал после его смерти. И как уничтожить Ловчего, тут тоже нет.
— И откуда он взялся?
— Тоже ни слова. — Вэл забрал ненужные тетради и небрежно закинул в сейф. — Пойдем, время уже позднее… Или… — он заметил блеск в глазах Йена и смирился с неизбежным: — или останемся тут и будем читать вместе. Только я тогда захвачу еще дневники — вдруг, где еще что всплывет.
— Ты можешь идти, я-то привычный.
— Я тоже — ты не представляешь, как закаляет сезон балов.
***
Вэл сдался первым — он заснул на диване, дневник выпал из его рук. Йен встал и укрыл Вэла пледом, возвращая дневник на стол, а потом вернулся в кресло и продолжил читать…
…— Живи, дитя, — и не разглядеть, кто же это сказал на том краю Заповедного леса, где они ждали битву. И не понять, кто спешно подлечил его раны, кто влил в него силы, кто помог встать в строй. Только это точно не Ловчий — Ловчий не умеет говорить. То ли языка лишили, то ли горло повреждено. А рассмотреть, кто же его, брошенного родом, спас, было отчаянно важно. Но перед глазами туман, и только «Живи, дитя!» продолжает звучать в пустой голове.
…Разрушенный храм, и летят над землей голодные жути, вгрызаются в горло храмовнику, сбивая его с ног в пышный первый снег и выпивая его жизнь. А Ловчий стоит и спокойно смотрит. Только когда храмовник затихает, прекращает бессильно дергать руками и ногами, он оживает и достает меч. Его ждут костецы, рожденные на потерявшей святость земле… И Йен помнит — это было в Глакстонберри…
…Мертвый городок — лишь собаки воют, когда из него уходит Ловчий. Трупы лежат на земле и быстро разлагаются, словно те, кого убил Ловчий, были давно мертвы. Уэрлингтонская резня.
…Королевский храм еще на Левом берегу, столица еще не шагнула за реку. Развалины, камни, разбитый от падения колокол, и ходит среди камней и трупов Ловчий, что-то бессильно ища. Ища и не находя…
…Качается корзинка в обожженной до кости руке, и плачет малыш, которому не суждено стать Десятым герцогом Редфилдсом…
…Живи, дитя… И летит над Дубом мелкий желтокрылый воздушник. Летит, напрягает все свои силы, потому что за ним мчится пламя, которое сожрет их всех — этого малыша, строй лесных людей и самого Дуба…
Йен с трудом вынырнул из мути кошмара, рожденного дневником Девятого Редфилдса. Только желтокрылый воздушник не оттуда, его притащил в сон разум самого Йена, еще бы понять, что это все значит. И значит ли? Он потянулся в кресле, где его и настиг сон, встал, положил дневник на стол. Посмотрел в окно — там начинались долгие зимние предновогодние сумерки. Значит, можно уже завтракать, приводить себя в порядок и отправляться на службу — все равно Вэл останется дома, ему тут важнее.
Йен взял свой плед, еще хранивший тепло, и укрыл им Вэла — пусть спит, он не привык к такому ритму жизни.
— Только защити их всех, прошу… — Йен это не Вэлу сказал — желудю, который выпал из-за ворота сорочки.
Глава 37 У Тотти
Нильсон, набрасывая Йену пальто на плечи, важно сообщил:
— Магомобиль ждет вас, милэс. Милар еще вчера распорядился выделить вам его с шофером. Парня зовут Гарри Стилл, он надежный и спокойный. Он уже давно работает на милара, вам не стоит беспокоиться. — Он по-своему понял волнение Йена. А тот замер на пороге и все же не удержался — ему было важно знать: