Йен протер сонные глаза, удивляясь, что магомобиль уже стоит перед ломбардом Тотти.
— Придремали вы, милэс. — улыбнулся Стилл.
— Я быстро.
Стилл кивнул и тут же спешно вышел из магомобиля, чтобы открыть Йену дверцу. Сонный ночной охранник ломбарда, стоявший у дверей, лишь присвистнул:
— Дивные эльфы, да ты вырос, томми!
Стилл выпрямился, и захлопывая за Йеном дверь, поправил его:
— Главный дознаватель Вуд, попрошу!
Охранник свистнул:
— Все едино — спит Тотти. Не принимает. — Он зевнул.
Йен повернулся к Стиллу:
— Я справлюсь сам, спасибо! Возвращайся за руль.
Только это не убедило Стилла — тот достал из кармана тряпку и принялся демонстративно протирать переднее стекло.
Йен подошел к охраннику и вложил желудь в его руку:
— Передай — Тотти поймет.
Охранник скрипнул зубами, но открыл дверь ломбарда, чтобы тут же захлопнуть её перед носом Вуда. Тот не обиделся, принявшись прогуливаться по улочке. Совсем рассвело, а, значит, в Совет уже прибыли его дознаватели, и надо продумать беседу с ними, надо найти слова, надо… Попытаться их не убить, хотя злость давно ушла.
Скрипел снег под подошвами, холод пощипывал щеки, и хотелось в тепло. Стилл продолжал натирать магомобиль, сейчас пришла очередь фар. Спешили мимо прохожие, лавки открывались, начинался сонный день, как всегда, бывает после ночи Ожиданий.
Минут через пять дверь открылась, и на пороге стоял уже другой охранник:
— Прошу, эль. — он с поклоном пригласил Йена внутрь. — Не взыщите, Джонс глуп, зато силен.
Тотти, в утреннем затрапезном халате вышел из-за прилавка, встречая у дверей — на памяти Йена такое уважение было впервые:
— Доброе утро, эль фаоль. Чудны дела божьи — только вчера думал о тебе, а ты уже тут.
Йен пожал протянутую руку скряги, стараясь не сильно наклоняться — Тотти был ему не выше пояса, но обидеться мог сильно.
— Доброе утро, Тотти. Как дубы? Принялись?
— Принялись, эль фаоль, принялись… — скряга зашел за прилавок, по лесенке забираясь на свой высокий стул. Тотти основательно уселся, поправил халат и достал из-под прилавка латную перчатку. — Держи…
Йен вздрогнул:
— Это его?..
Тотти кивнул:
— Его, его… Все, что удалось найти, уж не обессудь. Остального нет — сердцем клянусь, мои люди все перевернули. Не вернуть остального.
— Благодарю, Тотти, и… — Йен, старательно подбирая слова, сказал: — сколько я должен в благодарность за поиски?
Скряга улыбнулся:
— Спасибо, что не унизил. Ничего не надо ни за перчатку, ни за поиски. Похорони мальчишку честь по чести. Молодой, да дурной был. Очень дурной. Жаль, остального не сыскать.