Реакция оказалась не той, что я ожидала. Ни удивления, ни радости. Лицо Хейден застыло, Грейси уставилась в колени, Клем сжалась, как пружина.
— Он не возьмёт нас, — прошептала Клем. — Мама говорила, что он не хочет с нами ничего общего.
Я едва удержала ярость — она прожгла меня, как бензин, поднесённый к пламени. Но заставила себя дышать ровно.
— Это полная чушь, — сказала я тихо.
— Конечно, — фыркнула Хейден. — Поэтому он так часто навещает нас, да?
Я встретила её взгляд, стараясь, чтобы она увидела правду.
— Он не знал, что вы существуете. Если бы знал — был бы рядом. Поверь мне.
Хейден скривилась:
— Да он просто прячется в своей идеальной семье. Наверняка говорит, что хочет нас, чтобы выглядеть хорошим парнем.
— Хейден, — мягко произнесла я. — Я знаю Кая с четырнадцати лет. За все эти годы я не видела его таким убитым, как тогда, когда сказала, что у него есть сестры. Девочки, которые нуждаются в нём. Он ещё вас не видел, но уже готов ради вас на всё. Это правда.
Грейси выглянула из-за плеча сестры:
— Мне нравятся его рисунки. Тот, на стене у зала, очень красивый.
Сердце болезненно сжалось. Значит, она видела его работы и думала, что брат не хочет знать о ней.
— Он обрадуется, когда я ему это скажу.
— Мы можем с ним встретиться? — тихо спросила Клем.
Я с трудом вдохнула.
— Он мечтает встретиться. Но нужно подождать, пока всё официально утвердят.
Лицо Хейден снова окаменело.
— А что если очередная бумага «случайно» не пройдёт? Рене говорила, что просила у него помощи, когда Клем заболела, а он сказал, что ему всё равно.
— Он делает всё, чтобы пройти проверку. И даже если его не утвердят, он всё равно захочет быть в вашей жизни. Настолько, насколько вы позволите. И могу поклясться, Рене никогда не говорила ему о болезни Клем. Иначе он сам бы отвёз её к врачу.
В выражении Хейден мелькнуло неверие — тяжёлое, выработанное годами лжи и разочарований. Её никто никогда не защищал.
— Может, мы и не хотим к нему. Может, выберем приют, — бросила она.
Я замолчала. Меня грызло слишком многое. Я хотела дать Хейден выбор — позволить ей почувствовать, что хоть что-то в её жизни зависит от неё самой. Ведь у неё столько всего отняли. Но я знала, каковы шансы, что сестёр оставят вместе, если они останутся в системе: ничтожно малы. И чем дольше это продлится, тем выше риск, что их разлучат — одно неверное движение, новая семья, новая бумажка, и всё перевернётся.
Лицо Хейден побледнело.
— Ты не уверена, что сможешь нас оставить вместе, да?
— Мы всегда делаем всё возможное…
— Но ты не знаешь наверняка.
Грейси разрыдалась и забралась к Хейден на колени, вцепившись в неё, будто боялась, что я прямо сейчас их разлучу.
— Не отдавай меня, Хей-Хей! Пожалуйста, не отдавай!
Хейден обняла её крепче.