— Не из-за Орена, — наконец выдавил я.
В лице Джерико мелькнуло удивление, а затем тревога. Я почувствовал себя полным мудаком.
— Ты сам как? — спросил я.
Он пожал плечами, бросил смятые полотенца в мусорку и оторвал новые.
— Мне нельзя рисковать и снова иметь с ним хоть какие-то дела. Даже видимость этого. Я не так быстро выбрался из дерьма, как ты.
У Джерико были косяки в досье — мелкие правонарушения после восемнадцати, но теперь он держался: трезвый, в программе, на правильном пути.
— Ты уже много лет всё делаешь правильно. Никто не подумает ничего, кроме того, что Орен — мудак.
Но, произнеся это, я понял, какой риск на себя беру. Если до тех, кто решает судьбу Хейден, Клементины и Грейси, дойдёт слух, что ко мне в студию захаживает парень из мотоклуба, последствия могут быть серьёзными. Чёрт. Похоже, придётся поговорить с Трейсом.
— Надеюсь, ты прав, — пробормотал Джерико.
— Что вы там делаете на коленях, мальчики? Меня ждёте? — раздался голос Пенелопы.
Беар фыркнул.
— Маленькая, ты одно сплошное искушение.
Она сложила руки под подбородком и захлопала ресницами с нарочитой невинностью.
— Маленькая я?
Джерико усмехнулся.
— Ты сведёшь какого-нибудь мужика в могилу.
— И он ещё спасибо скажет, — парировала Пенелопа, подойдя к моему рабочему месту и запрыгнув на столешницу. Она закинула ногу на ногу, покачивая ими, и подняла мой альбом. — Выглядит круто.
Я с трудом удержался, чтобы не вырвать рисунок из её рук. Только один человек имел право видеть мои работы до того, как они закончены, и это точно была не Пенелопа. Я подошёл к мусорке и высыпал туда осколки кружки.
Пенелопа сморщила нос.
— Сегодня ты особенно ворчлив. Не выспался? Я могла бы помочь.
На этот раз я всё-таки выхватил альбом. Она становилась всё настойчивее, и пора было пресечь это к чёрту.
— Неинтересно. И, по-моему, я дал это понять.
На лице Пенелопы мелькнула боль. Она спрыгнула со стола.
— Чёрт, — выдохнул я. — Я…
— Не надо. Всё ясно. Послание получено.
Я сжал зубы, наблюдая, как она уходит по коридору.
— Я, кажется, самый большой придурок на свете.
— Иногда, — согласился Джерико.
Беар покачал головой.
— Это должно было случиться. Лучше один раз больно, чем вечно тянуть резину.