— «Мягкие слова и мягкие руки», — процитировала Грейси. — Так Хей-Хей говорит.
Мама обняла Хейден за плечи и подвела обеих ближе к кровати.
— Отличные слова, чтобы по жизни следовать.
Хейден всё ещё была бледна, с тёмными кругами под глазами. Она сглотнула.
— Ты… ты правда в порядке?
Кай протянул к ней руку, и она сразу подошла, сжимая её. Он ответил на её взгляд:
— Доктор сказал, что заживаю хорошо. Лёгкие и сердце работают. Видимо, мне просто нужен был длинный-длинный сон.
— Иногда я тоже хочу поспать, когда у нас экскурсия в школе, — сообщила Грейси.
Кай тихо засмеялся и тут же поморщился.
— Девочки, давайте пока без шуток.
Грейси нахмурилась.
— Это будет трудно. Я ведь очень смешная.
Кай усмехнулся.
— Чёрт возьми, это правда.
Хейден фыркнула.
— В копилку за ругательства… папа.
— Никогда не устану это слышать, — хрипло сказал Кай.
— Отлично, — ответила она и мягко сжала его руку, прежде чем отпустить.
Кай перевёл взгляд на Клем.
— Подойдёшь?
Она прикусила губу, теребя её зубами.
— Я не хочу задеть ничего. Я читала про дренаж в грудной клетке и как врачи снова раздувают лёгкое, и…
— Моя умница, иди сюда. Ты не причинишь мне вреда, — уверил её Кай.
Клем медленно подошла, встала рядом с Хейден и, наконец, взяла его за руку.
— Я боялась, — призналась она.
— Я тоже, — сказал Кай. — Но я чувствовал вас рядом. Слышал, как Фэллон говорила, как вы все меня любите. Это дало мне силы бороться.
— Мы и правда тебя любим, — хрипло произнесла Хейден. — Очень.
— Больше всех на свете, — добавила Грейси, кивая. — Наш самый-самый брат-папа.
Клем прыснула со смеху.
— Тогда, может, будем звать его Бапа?