— Прости. Я...
Ее пальцы сомкнулись на моем запястье.
— Пожалуйста. Не останавливайся. Не отнимай у меня то, что нужно.
Господи.
Мой член пульсировал, требуя одного — того, чего никогда не получит. Но отказать Фэллон я не мог ни в чем.
Моя рука вновь двинулась — пальцы раздвинули ее, скользя в том самом тепле, и я наслаждался каждым мгновением.
— Воробышек... — с хрипом выдохнул я.
— Пожалуйста, — прошептала она.
Мое самообладание рассыпалось в пыль. Я вошел в нее двумя пальцами и едва не выругался снова. Она сжала меня так крепко, так жадно, так идеально.
— Хочешь кончить?
— Да, — выдохнула Фэллон.
Я двигался в ней, бедра сами тянулись вперед, мой член оказался между ее ягодиц. Фэллон застонала и прижалась сильнее, давая мне то трение, от которого я терял разум.
— Рай, — прошептал я ей в ухо. — Сжимаешь мои пальцы, будто никогда не отпустишь.
— И не отпущу, — выдохнула она между прерывистых вдохов.
И, Господи, это звучало как обещание, за которое я готов был цепляться, хоть и знал — не имею права.
Мои пальцы входили и выходили, её тело изгибалось, подчиняясь собственным желаниям. Она двигалась свободно, без тени стеснения, просто беря то, что ей нужно.
Она встречала меня каждым толчком, и я не удержался — вторая рука скользнула под её топ. Я обхватил ладонью грудь, сдавил, прижимаясь к её спине еще плотнее.
— Ты чертовски совершенна. Кожа — как шелк. А соски... — я застонал. — Я с ума схожу, как хочу их вкусить.
Я накрутил между пальцев нежный пик, играя и дразня.
— Кайлер... — мое имя сорвалось с её губ, как молитва. И это запалило меня дотла.
Пальцы двигались глубже, шире, скользя по внутренним стенкам.
— Скажи, чего хочешь. Что тебе нравится. Покажи мне.
Фэллон сжала моё запястье, направляя мои движения. Она вела меня — медленнее, шире, глубже, пока губы её не приоткрылись в беззвучном стоне.
Вот в чем было наше с Фэллон. Мы знали те части друг друга, что прятали от света. Между нами не было ни стыда, ни запретов — только понимание и доверие.
Постепенно её пальцы ослабли, и я понял, что научился — как всегда, у неё.
Я подстроился под её ритм, дыхание сбивалось, член ныл от напряжения. Вторая рука соскользнула с груди к её бедрам, нашла тот самый пульсирующий центр. Фэллон издала тихий, почти болезненный звук, когда я коснулся её клитора.
— Не останавливайся. Кайлер. Не смей останавливаться.
Мое имя прозвучало как приказ, и я подчинился. Круги, касания, давление — я дразнил её, пока другая рука работала глубоко внутри. Тело Фэллон задрожало, словно она пыталась удержаться, но я шепнул:
— Отпусти. Хочу почувствовать тебя всю. Каждую гребаную секунду.
Огонь вспыхнул под кожей, когда она издала звук, который невозможно было назвать человеческим. Её мышцы сжались вокруг моих пальцев, руки вцепились в простыни. Тело выгнулось, голова откинулась, спина прижалась ко мне.