– Сегодня подписываем договоры. Напомни, пожалуйста, остальным.
– Конечно, сударыня! А кто первым будет?
– Кто успеет, – усмехнулась Севара.
– А можно я? Сейчас бы сбегала за копией. – Оленя нетерпеливо вертела поднос в руках.
– Если хочешь.
Каблучки тут же застучали, и в кабинете осталась одна только Севара. Она хмыкнула, вписала цифры в строчку с финансами и отодвинула записи и счеты, потягиваясь в кресле.
Вернулась Оленя быстро. Без подноса, зато с листами, которые аккуратно свернула. В нетерпении она вытянула шею, глядя, как Севара достает бумаги и, разумеется, магическую печать. Видимо, Оленя тоже была в нетерпении от предстоящего использования долгожданной печати.
С развитием магии, способной проверить кровь и ее остатки на предмет пола человека, болезней, его родственных связей и даже местонахождения, подпись кровью стала наиболее надежной. Но для тех, кому часто приходилось заверять документы, со временем придумали личные печати. Они продлевали «жизнь крови» внутри их и позволяли не оставлять на себе все новые ранки.
– Вот, – Севара вытащила упакованный наконечник пера, заканчивающийся острой иголкой, – проверяй.
Оленя изумленно приоткрыла упаковку, разглядывая, а затем поинтересовалась:
– Это для прокола пальцев?
– Да, одноразовый наконечник. На нем заклинания, так что он обеззараживает и помогает остановить кровь после прокола.
– А проверять чего?
– Чтобы он был новым, – терпеливо пояснила Севара. – Использовать запачканный нельзя. Там есть специальная гравировка, в которой задерживается кровь. Смыть ее людям без дара невозможно. По ней и проверяют.
Получив наконечник обратно, Севара прицепила его к перу и осторожно проколола безымянный палец Олени. Та пискнула, с интересом рассматривая, как впитываются выступившие красные капли. Гравировка наполнилась кровью не полностью, когда перо убрали от ранки. Нужны были всего две подписи, много и не требовалось.
Оленя склонилась к столу, старательно выводя свое имя в нужных местах. Закончив, она подняла взгляд и радостно улыбнулась Севаре. Та усмехнулась и подняла печать.
Позолоченное клише с вязью росписи и едва различимым родовым гербом крепилось к прозрачной оснастке. Внутри ее просматривался алый стержень крови, а верхушку венчал небольшой кристаллик. Севара тряхнула магической печатью. Встроенный кристаллик сверкнул красным, давая знать, что хозяйка подтверждена и можно оставлять оттиск.
Оленя замерла, следя, как Севара стукнула по договорам печатью. Ветвистая подпись красноватого оттенка переливалась на свету, как и положено крови, обработанной магией.
– Здорово! – оценила Оленя, принимая обратно свою копию.
– Теперь надо и других позвать, раз уж я отвлеклась от пересчетов.
Новоиспеченная камеристка закивала и выбежала. Вскоре в кабинет заглянула Забава. Вчера она тщательнее всех проверила договор, а сегодня со знанием дела следила, как на подушечке пальца выступает кровь. Подпись Забавы вышла уверенной и размашистой на обеих копиях. Севара скрепила соглашение печатью и обратилась к уже ожидающему в дверях деду Еже.
Тот тоже был научен заключать сделки и даже самостоятельно проделал манипуляцию с новым наконечником пера. Подписав документ, он поспешил вернуться к обязанностям.
Последним в кабинет зашел Неждан, положив свою копию на край стола. Севара подала новый, еще запечатанный, наконечник пера.
– Что это такое? – Неждан с интересом разглядывал небольшую иголку на кончике.
– Наконечник, – сообщила Севара очевидное, – для прокола пальца.
– Для прокола? Зачем?
Подписывали документы кровью уже очень давно. Впервые так начал делать прародитель царствующей ныне династии – Светослав. С тех пор минуло четыре сотни зим с лишком. Традиция была давней и, казалось, должна быть знакома всем хотя бы по слухам, потому такой вопрос застал Севару врасплох. Растерявшись, она пояснила:
– Подпись кровью самая надежная, ее могут проверить маги.
– И нужно обязательно?
– Да.