Почему-то я думала, что так правильней, чем делать тест. В то утро мной руководил не рациональный мозг, а что-то вроде интуиции или инстинктов.
А спустя полтора часа я, словно пришибленная, сидела в коридоре клиники и пыталась осознать, что срок три-четыре недели и, возможно – и вероятнее всего – у нас с Тимуром будет двойня.
Доктор не сказал точно, пояснил, что нужно будет прийти через месяц, чтобы удостовериться в его предположениях, но в момент, когда говорил, я уже знала, что он прав. И не знала, что мне делать…
Глава 31
Тимур
– Останься с нами, Тим! – позвал Саня. – Ты вообще про друзей забыл.
– Дела у меня, – отрезал я.
– Знаем мы твои дела. Хромая девчонка, из-за которой ты Кирюху кошмарил, – признался Саня, косясь на Кира.
– Угу. И то, что живет она у тебя, знаем, – поддакнул Кир, – на экзотику потя…
Друг поймал мой взгляд и проглотил конец фразы.
– Скажи! – потребовал я.
– Тим, не пыли, я…
– Давай! Скажи, что хотел! – я говорил спокойно, но пацаны меня слишком хорошо знали.
– Тим, девчонка неприкосновенна, мы поняли уже, – Саня положил ладонь мне на плечо.
Я дернулся, сбрасывая руку, и подошел к Киру вплотную. Адреналин убойной дохой хлынул в вены, а я улыбнулся так, что друг вздрогнул.
– Тим, все, я понял. Девчонка твоя, и тебя несет. Мир?
Я выдохнул весь воздух из горящих легких и громко сообщил – всем:
– Если кто-то ее хоть пальцем тронет, или те, кому о ней знать не надо, узнают, – урою.
– Понял, – Кирюха поднял ладони вверх.
– Хорошо. Я пошел.
Я развернулся на пятках, сел в машину и завел мотор. Все сложно, мать вашу. Все слишком сложно. С появлением в моей жизни Яськи все с ног на голову перевернулось.
И с ней все сложно… Я думал, что хреново было, когда она задавала вопросы, но на самом деле все стало совсем плохо, когда она перестала их задавать.
Я видел эту стену между нами, но как все решить, понятия не имел. Думал, все нормально у нас будет, жить вместе сможем, мирно все будет.
А мирно у нас получалось только в постели, там мы сошлись идеально. Но… Всегда это чертово «но».
Может, я не готов к серьезным отношениям? Не получается у нас – факт.
Но и отпустить ее не мог, умирал, когда она далеко была. С ней было напряжно, без нее – смерть.
Мы зашли в тупик, и как из него выбираться, я не понимал. Знал точно одно: я до смерти боялся ее потерять. До паники, до холода в пальцах боялся, что она уйдет, испарится.
Отбросил все посторонние мысли и завел мотор, уезжая домой. Обещал ей вернуться к обеду.
И, наверное, нужно поговорить. Как-то объясниться, что-то выяснить.
До определенного момента я считал это ниже своего достоинства – что-то кому-то объяснять. Я был свободен и делал что хотел, но выдерживать ее молчание сил не оставалось.